Она так давно не знала мужской ласки Требуется лишь терпение — и она приплывет мне в руки сама Мне всегда говорили, что я терпеливый человек Почему мне так трудно быть терпеливым с ней?

Почему это так трудно? — вопрошал себя Калеб — Почему?»

Виллоу не без смущения украдкой наблюдала за тем, как Калеб ходил по лагерю, укладывая продукты в багажные мешки, проверяя подпруги и недоуздки, заботясь о том, чтобы в пути ничто не беспокоило лошадей Когда он появился на лугу с новым мешком зерна, Виллоу присоединилась к нему.

По свистку Калеба к нему рысью подбежал Трей и подошел, прихрамывая, Дьюс.

Калеб насыпал две кучки зерна и пока лошади с хрустом жевали, осмотрел у них копыта и спины, ласково разговаривая с ними и хваля их за выносливость и добрый нрав. Виллоу была зачарована непринужденностью движений, силой и какой-то неповторимой мужской грацией Калеба. Удивительно точно и уверенно двигались его руки. Он настолько осторожно коснулся пулевой раны Дьюса, что мерин даже не вздрогнул. Калеб очень внимательно осмотрел рану.

— Все такая же чистая, — сказал он негромко. Он потрепал лошадь по холке, ощупал шерсть в тех местах, где чаще всего выступает пена.

 — Я послежу за тобой, мой малыш. Думаю, тебе надо дать отдых на денек-другой. Я нисколько тебя не виню. Дорога была чертовски трудная.

Запах зерна долетел до одной из кобыл, и она, тихонько заржав, направилась к Калебу. Он улыбнулся и потрогал ее за челку.

— Привет, Пенни. Чувствуешь себя получше после того, как ночь попаслась? — спросил он.

Пенни решительно потянулсь к мешку с зерном.

— Перестань мучить ее. Она знает, что ее ожидает лакомство.

Калеб искоса взглянул на Виллоу и как-то загадочно улыбнулся.

— Чем дольше ждешь, тем желаннее то, к чему стремишься. Разве ты не знаешь?

Со стороны Виллоу было мудро промолчать, но с румянцем во всю щеку она ничего поделать не могла. Она вздрогнула, вспомнив утренние ласки

Через всю долину к ним галопом несся Измаил. Уши у него были торчком, шаг легкий и ровный, тело гибкое.

— Хорошо выглядит, — заметил Калеб.

— Это высота сказывается… Через недельку пообвыкнет.

Виллоу вздохнула и потерла виски. Каждую из кобыл, примчавшихся на запах, Калеб оделил порцией зерна.

— Мы не будем так сильно гнать, пока ты не привыкнешь к высоте.

— Будем ехать всего лишь по двенадцать часов в сутки, а не по восемнадцать? — пробормотала под нос Виллоу

Но Калеб услышал Слух у него был как у оленя. Он поднял глаза на Виллоу и увидел, что она закрыла глаза и трет виски Он добавил еще зерна лошадям, завязал мешок ремнем, отставил его и подошел к Виллоу.

— Болит голова? — участливо спросил он.

Она виновато опустила руки.

— Немножко… Хотя и не так, как на перевале.

— А ну-ка позволь мне.