— Ещё надо проверить, действительно ли вы — такой гениальный лекарь, — надулась Ольга, — может, это вообще совпадение, что мне вдруг так полегчало. Надо проверить ещё хотя бы один раз. И за него, я, так и быть, заплачу сорок пять процентов. Разумеется, если всё сработает, как оговорено. Также я предлагаю закрепить наш договор у нотариуса…

— Ольга, расслабься. Что нам точно не нужно, так это лишние бумажки. Я тебе верю, а ты вряд ли захочешь, чтобы моим даром заинтересовался какой-нибудь другой лекарь. Переманит ещё, — я усмехнулся, — и, чтобы этого не произошло, сойдёмся на пятидесяти.

Ольга так билась за каждый процент, что этот спор доставлял мне какое-то садисткое удовольствие.

К тому же, я всё больше убеждался, что она — моя пра-пра-пра… внучка… Рихтеры всегда славились аккуратностью, справедливостью и точностью… и не упускали своей выгоды.

Но, видимо, мой последний аргумент нашёл отклик в её душе, так что она кивнула и согласилась.

— Значит, пятьдесят.

— И мы уже сегодня едем на вызов, — подытожил я.

— Подождите… Я совсем запуталась. Вы всерьёз утверждаете, что носите мою фамилию?

— Стал бы я шутить о таких вещах?

— Но… — попыталась она что-то возразить, — я даже не знаю, как к вам обращаться.

— «Ваша Светлость», разумеется. Чему только учат сейчас молодёжь?

Ольга посмотрела на меня с сомнением. Внешне я выглядел её ровесником, ну, возможно, немного старше. Вид имел лет на двадцать пять — двадцать семь.

Так что у неё не укладывалось в голове, что я старше её почти на полтора тысячелетия. До того, как отправиться в склеп, я прожил четыреста лет, и это были очень насыщенные годы.

Учёба, исследования, клановые войны… Некроманты не стареют, они выглядят на тот возраст, в котором им комфортно.

А насчёт «Светлости» я, разумеется, пошутил. Терпеть не могу формальности. За ними обычно прячут или трусость, или подлость.

Мне вообще понравилось слегка дразнить эту чересчур серьёзную и самостоятельную родственницу.

— А вам не кажется, что на приёме у пациентов это будет звучать слишком… пафосно? — аккуратно сформулировала ответ Ольга.

— Предположу, что «дедулю» ты тоже не одобришь?

Ольга фыркнула, чуть не подавившись оладушком.

— Хотя идея с родственником не так уж плоха, — сообразила она, — надо же как-то объяснить, кто ты такой и откуда появился.

— Отлично, тогда можешь звать меня «дядюшка Макс», — объявил я. — Ну что, поехали?

— Не всё так просто… Макс, — обратилась она ко мне с небольшой заминкой, — Сначала я должна обо всём договориться. Кстати, ты не видел мой смартфон?

Я не спешил признаваться, что понятия не имею, о чём она говорит, так что просто покачал головой.

— Куда же он подевался… — задумчиво протянула Ольга, встав из-за стола.