Ведь становясь «клановым» им оказываются доступны блага, которое простым людям и не снились. Высокие доходы, особый юридический статус, защита со стороны клановой гвардии и фактическая неподсудность обычным гражданским законам.

Другое дело, что моего клана фактически пока не существовало. И им предстояло связать свою судьбу с судьбой Рихтеров. Вместе идти к величию или погибнуть, как ни пафосно это звучало.

Так что им было о чём подумать.

Астеры рассыпались в благодарностях и ушли в другую комнату. Я мог бы подслушать, о чём они говорят при помощи ящерки. Но по большому счёту, меня это не слишком заботило. Так что я сосредоточился на вкусном тортике.

И уже через пять минут хозяева к нам вернулись.

— Я приму печать и буду служить вам, как и мой муж, — решительно объявила Линда.

— И я тоже, — поддержала мать Алина.

Затем заговорил и Игнат:

— Мы решили, что так будет правильно. Наша семья многим вам обязана. Вы спасли Алину и помогли Линде. Мы вам доверяем и хотим отплатить хоть чем-то.

Примерно через пять минут ритуал был закончен.

И теперь я был готов раскрыть им правду о себе. Так что мы с Ольгой задержались в гостях у Астеров ещё на полчаса.

В конце концов, преданность и старательность слуг зависит от того, насколько они знают, кому и ради чего служат. Это раньше слава клана Рихтеров гремела повсюду и объяснения не требовались.

А сейчас приходится вести, что называется, индивидуальную кадровую работу.

В головах у моих новых подданных с трудом укладывалось то, что технически мне уже больше тысячи лет. Ну и то, что я некромант, они тоже приняли не без удивления.

— Я вам, безусловно, верю, — в конце моей истории сказал Игнат, — но это не то, что легко уложить у себя в мыслях. Нужно время, чтобы окончательно всё переварить.

— У вас есть время до завтра, — кивнул я. — Уже к обеду я буду ждать вас в своей резиденции, — непривычно было называть так свою конюшню, но такие уж пошли времена, — там мы обсудим ваши новые обязанности и то, как будет оплачиваться ваш труд.

— Да, конечно. Завтра так завтра, — без колебаний отозвался Игнат.

И на этом мы, наконец, попрощались.

На улице уже стемнело. Когда мы в первый раз застали ночь в химеромобиле, я обнаружил, что кое-что не учёл. Фары на моей машине хоть и присутствовали номинально, но совсем не работали. Я тогда ещё не полностью понимал их назначение. Но уже к следующей ночи я всё поправил, так что мы отлично видели всё, что происходит на дороге.

Если, конечно, на неё смотрели. Недавно я всерьёз задумался о том, насколько сильно зависима Ольга от своего смартфона. Она не расставалась с ним ни на минуту, даже когда шла в душ.

Впрочем, пилить по этому поводу я её не собирался. На наши с ней дела, это не влияло, так что пусть делает что хочет.