– Она попыталась высвободиться. – Ты… мы… просто не должны делать это. Я слишком стара для тебя.

– Разреши мне самому судить об этом, – быстро произнес Стивен, услышав в ее словах беспокойные нотки. Он держал Одри в руках и чувствовал, что она сделает все, что он пожелает. Но его опыт любовных связей на задних сиденьях автомашин в данной ситуации пригодиться не мог.

В любую минуту она может опомниться, промелькнуло у него в голове. И, действуя импульсивно, он резко повернул Одри лицом к себе.

– Заткнись! – крикнул он хрипло, прижимаясь губами к ее губам.

От поцелуя у него закружилась голова. Он так долго мечтал об этом и днем, и долгими ночами, что не знал, оправдает ли действительность его мечты. Но это было гораздо лучше, чем в мечтах. Губы ее мягко отвечали на его поцелуи, и она откинула голову, принимая его ласки.

Пальцы Стивена утонули в шелке золотистых волос, нежно поддерживая ее голову.

Тела их пока разделяло небольшое пространство, и только колени иногда соприкасались.

А когда она обхватила руками его за пояс, он сначала не мог понять, что происходит. Но тут ее грудь плотно прижалась к его груди. Она не носила бюстгальтера, и теплая волна желания поплыла по его телу, проникая в каждую клеточку. Ему пришлось прилагать максимум усилий, чтобы не потерять контроль и смирить рвущуюся сквозь тесные джинсы плоть. Наверное, она почувствовала его неопытность.

– Ох, Стивен… – услышал он ее шепот и был уверен, что сейчас она попросит его уйти. Но внезапно она обвила его шею руками и тесно прижалась к нему всем телом.

– Боже, – простонал он, и у него мелькнула мысль, что не только он один теряет голову. Дрожащими руками Стивен ухватился за ее рубашку и вытащил из брюк, затем коснулся ее нежного тела, а губами приник к белоснежной шее.

Пальцы Одри в это время нежно гладили его волосы, шею, затылок, посылая чувственные импульсы вдоль спины. Ему никогда ранее не приходило в голову, сколько у него, оказывается, эрогенных зон и как легко она добралась до них. Нежные прикосновения ее пальцев были чрезвычайно возбуждающими и вызывали в нем жгучую страсть.

– Давай сядем, – тихо проговорила Одри, как будто почувствовала, что ноги больше не держат его.

И когда она потянула его на бархат дивана, он не сопротивлялся. Он был пьян от ее поцелуев.

Очевидно, ей тоже трудно было стоять на ногах, потому что, когда Стивен наклонился к ней, он упала на подушки дивана, а он оказался на ней. Рубашка ее задралась, руки Стивена обхватили тонкую талию и через минуту гладили атласную кожу груди. Он почувствовал, как напряглись соски под его ладонями, и склонился, чтобы поцеловать их. Тело Одри изогнулась под ним, и она застонала от охватившей ее страсти.