Этого она точно не потерпит на рабочем месте. И только хотела его предостеречь от необдуманных поступков, как в кабинет вошел Смотров.

Не вошел, влетел. Где-то успел побывать с утра. В руках держал какие-то бумаги. Швырнул их со злостью на свой стол. Сел на свое рабочее кресло, втянул голову в плечи и с непонятным чувством осмотрел их с Грибовым. Настя охарактеризовала бы его взгляд как суеверно-испуганный.

– Товарищ майор, все в порядке? – не выдержала она его напряженного молчания.

– В порядке, говоришь, капитан? Это не знаю, как рассудить, – неприятным, скрипучим голосом отозвался их начальник и скосил взгляд на бумаги, которые швырнул на стол, когда вернулся.

 – Знаешь, что это такое?

– Никак нет, товарищ майор.

В желудке сделалось холодно и пусто, хотя вряд ли вкусный утренний омлет, приготовленный Грибовым, успел перевариться.

– Это заключение Синякова по делу твоих самоубийц, Уварова. Расплодила, понимаешь!

– Что там, товарищ майор? Можно взглянуть? – Она сглотнула, поражаясь, как мгновенно разволновалась.

– Взгляни уж! Ты всю эту возню не прекращала!

Она в два прыжка оказалась у стола майора, схватила бумаги и начала читать.

Буквы плыли, строчки корежились. Ничего не улавливала.

– Убийства не зафиксировано, – с некоторой долей разочарования произнесла она, уставившись вопросительно на Смотрова.

– Дай сюда! – разозлился он мгновенно. – Даже прочитать не можешь, как положено!

Он свернул бумаги вчетверо, сунул в карман брюк и ушел курить на бетонный козырек. Ну не гад, а! Настя заходила по кабинету, нервно покусывая губы. Грибов еще под руку влез со словами утешений. Призывал не расстраиваться, советовал подождать.

Вот сейчас майор накурится, и тогда…

– Да иди ты, Гриб, знаешь куда со своими советами! – вспылила она. – Мы что-то с тобой пропустили во всей этой кутерьме с любовниками, любовницами, самоубийцами. А Смотров нашел.

Наверное, ему очень хотелось сказать, что это не они пропустили, а она. Потому что он изначально не занимался этим делом. Это была чисто ее инициативная затея.

Но Грибов промолчал. И правильно, между прочим, сделал. А то бы она ему…

Додумать планы мести не вышло. Вернулся Смотров. Сел, осмотрел их.

– В общем, так, господа коллеги. Возбуждаться нам все же придется.

И он снова посмотрел на бумаги, которые успел вытащить из кармана и расправить на столе большой ладонью.

– Возникли вопросы по факту смерти… – последовала трагическая пауза, на которые Смотров был мастак, и он продолжил: – Светланы Лопачевой.

– Что-то не так?! – Настя так резко вытянула шею, что в ней даже что-то щелкнуло и сделалось больно.

– Все не так, капитан. Твоя чуйка тебя не подвела, – нехотя похвалил ее Смотров.