Елизаров с трудом поставил на место собственную челюсть и очень, ну просто очень вежливо брякнул:

- Ну и какого хрена, Хованский?

Удержаться и не сделать фотку было выше его сил. И Илья щелкнул камерой на телефоне, мстительно подумав о том, что такой снимок станет украшением студенческой стенгазеты. Или сайта. Или он оставит за собой право пустить такой шикарный козырь при любом удобном случае, да.

После чего, убрал телефон в карман куртки и лениво протянул:

- Как всегда, наш великий и могучий Царь блещет своим красноречием. Елизаров, скажи мне, с чего я должен перед тобой отчитываться-то, м?

- Не делай мне мозг, Илюха, - криво усмехнувшись, Костя дернул лямки рюкзака, не спуская с него подозрительного взгляда.

Попутно умудряясь строчить кому-то сообщение, и Хованский даже догадывался - кому.

- А там есть что делать? - скептично отозвался парень, недовольно дернув плечом. И демонстративно покосился на часы. - Елизаров, если тебе есть что сказать по делу - говори. Нет - вперед, грызть гранит науки.

- Ладно, - неожиданно легко согласился Костян, расплывшись в широкой, насмешливой улыбке. Сократив разделяющее их расстояние, он положил руку на плечо Ильи и сжал так, что напряженные мышцы прострелило болью.

- Обидишь - зарою.

Догадаться о ком идет речь труда не составило. И Хованский с удивлением обнаружил, что ему не нравится сама мысль о том, что он может чем-то навредить своей Чайке. И уж тем более ему не нравилось то, что его Царское величество сует свой слишком длинный нос туда, куда его не просили.

- Елизаров, - мягко, даже почти нежно протянул Илья, скидывая чужую руку с плеча. - Не лезь не в свое дело.

- Я не лезу, - снова невозмутимо пожал плечами Костя.

Ткнул его кулаком в плечо и поправил кепку на голове. - Я просто предупреждаю. Первый и последний раз. И да, квартира сто пять. Советую подняться самому, если не хочешь опоздать на пары.

Смерив его еще одним пристальным взглядом, звезда универа расплылся в такой ехидной и довольной улыбке, что у Хованского кулаки зачесались перечитать ему зубы. Чтоб не скалился так откровенно. Но прежде, чем Илья успел что-то предпринять, Елизаров совершил единственный разумный поступок за время их знакомства.

Он слинял до того, как перспектива получить по шее стала реальностью.

- Придурок, - беззлобно буркнул Илья и снова глянул на часы. - Ладно, Чайка. У тебя есть еще десять минут, чтобы спустится самостоятельно. А если нет.... - тут он хмыкнул, лукаво сощурившись. - То не говори потом, что я тебя не предупреждал!

Как оказалось, инстинкт самосохранения у его Чайки все-таки отсутствовал. Она не появилась ни через десять минут, ни еще через пять. И мысленно фыркнув на собственную наивность, Илья невозмутимо поправил воротник куртки и отправился доставать эту красоту.