Интересно, какова вероятность увольнения после того, как я залеплю пощечину владельцу отеля и пошлю его на…

Стоп! Спокойно, Слава!"

"Девяносто девять и девять процентов, что ты потеряешь работу сразу же и прямо здесь, на припорошенной снегом парковке. На одну десятую рассчитывать бессмысленно – поможет только чудо, а я в него с детства не верю, когда Дедом Морозом оказался сосед сверху и по совместительству мамин любовник. Благо, последнее я узнала уже в старшем возрасте. Но осадочек остался на всю жизнь. Поэтому я и сбежала из родного города, как только подвернулась возможность.

Что мы имеем на сегодня?

Кредит за квартиру ещё не выплачен, брат не доучился, возвращаться к родителям на Дальний Восток тоже не очень хочется.

Что ж, тогда выдыхаем. Медленно и эротично засовываем свой характер туда, где уже покоятся принципы и ценное мнение. Укладываем все штабелями, хороним - и рисуем на лице кривое подобие улыбки.

- Мстислава Владимировна, - вежливо представляюсь, вкладывая свою ледяную ладонь в горячую мужскую. Пальцы обжигает огнем и парализует в крепкой хватке. Небрежный, жесткий рывок – и я уже стою на ногах. - Начальник финансовой службы отеля. Вашего отеля, - говорю все тише и тише, оказавшись вплотную к боссу.

- Ты так странно соблазняешь меня или отпугиваешь?

Мне приходится запрокинуть голову, чтобы поймать его взгляд, ехидный, хищный и препарирующий. Установив зрительный контакт, которого жаждал с первой секунды моего падения, он улыбается до ямочек на небритых щеках и хитро прищуривается. Представляю, какие танцы по вертикали меня ждут с таким начальством, и меня заранее подташнивает. Предпочитаю спокойствие и равновесие, а иначе меня укачивает.

- Всего лишь отвечаю на ваш вопрос, - сохраняю размеренный, деловитый тон, в то время как внутренняя Мстислава разводит костер и привязывает к деревянному столбу чучело босса.

- Значит, второе, - лениво тянет и недовольно поджимает губы.

Легким кивком благодарю его за помощь, отстраняюсь и осматриваю себя. Стоит мне повернуться к нему боком, как чувствую тяжелую мужскую ладонь неприлично ниже спины. И смачный шлепок, который ощущается даже через плотный мех.

- Прекратите, это харассмент, - отбиваю его руку.

- Сама такая, - парирует с сарказмом, опять тянет ладонь ко мне и проводит вдоль поясницы. Вниз нырнуть не успевает, потому что я делаю шаг в сторону. – Чего шарахаешься? Да брось, - смеется, заметив, как я хмурю брови и одергиваю шубу. - Ты же упакована, как бронепоезд – не проберешься. Я всего лишь хотел оттряхнуть твои нижние девяносто.

- Спасибо, я сама, - бурчу, оглядываясь назад. Аккуратно смахиваю снежинки, пока они не начали таять, а вода не впиталась в нежный натуральный ворс. - Вы мне льстите, не девяносто, - зачем-то уточняю и тут же ругаю себя.