Через некоторое время в коридоре громко хлопает дверь.

- Отлично, всех разогнала, - разочарованно шепчу, балансируя на грани нервного срыва.

Даю себе время на передышку, а потом босиком плетусь к выходу, чтобы закрыть квартиру на замок. Стоит мне повернуть щеколду, как слышу настойчивый стук.

- Славка, это я, открой, - просит запыхавшийся Ярик.

- Опять что-то забыл, растяпа? – иронично отчитываю брата. Распахиваю дверь и замираю, открыв рот. На пороге тот, кого я точно не ожидала увидеть у себя дома. - Арсений… Геннадьевич?

- Собственной персоной, - хитро улыбается, не преминув случая облизнуть меня взглядом, а следом дергается как от удара. Морщится, нехотя оборачиваясь на Ярика, стоящего за его спиной, как надзиратель. – Дружище, мы же с тобой все обсудили.

Окидываю хмурым взглядом обоих. Не хочу знать, почему на идеальном костюме босса белые следы, будто его снежками закидали. И почему Ярик такой красный и распаренный, как после бани. Даже уточнять не буду! Уверена, ответ мне не понравится.

- Смотри мне, - по-свойски грозит ему мой брат.

- Слово мужика, - Арсений выставляет кулак, который тот отбивает. Ребячество!

Когда они успели общий язык найти?

Кивнув, Ярик слетает вниз по лестнице, оставляя нас наедине.

- Не поняла, - глуповато тяну, провожая опешившим взглядом брата. Обращаю внимание на ухмыляющегося Высоцкого.

- Сейчас объясню, Пирожочек.

Отстранив меня, он нагло врывается в квартиру.

Прет напролом, напоминая свой четырехколесный танк, что вчера заблокировал мне выезд. Впечатываюсь в стену, рискуя быть размазанной по флизелиновым обоям, как кусочек масла по горячему тосту, и недовольно скрещиваю руки на груди.

- Подождите! Что вы себе позволяете? - останавливаю его строгим окриком, но тут же жалею об этом, потому что он резко разворачивается ко мне лицом – и мы оказываемся зажаты в узком коридоре.

Друг напротив друга. Глаза в глаза. Мне остро не хватает кислорода, будто босс вчера заразил меня клаустрофобией. Передал через поцелуй.

Короткий нервный вдох – и в нос проникают запахи благородного парфюма, талого снега, а ещё… арабики, сливок и корицы. Вкусно, но непривычно. Слишком странное сочетание ароматов.

- Ты завтракала? – уточняет Высоцкий непринужденно, как будто мы с ним в отношениях. Лет так пятьдесят. Как раз собрались отметить золотую свадьбу. - Я – нет. Но у меня есть кофе и пончики.

Поднимает бумажный пакет с логотипом кафе, завлекающе взмахивает им на уровне моего лица – и убирает. Во второй руке у него портфель с документами, который он, подавшись вперед, небрежно бросает на тумбу за моей спиной. На доли секунды прижимается ко мне, обдавая морозной свежестью, и сразу же отстраняется.

- Вы же не думаете, что я… - возмущенно хватаю ртом воздух, но не успеваю договорить.