Разве что… — он задумывается, словно решает, стоит ли продолжать, — ходят слухи, что казна Эон Нидао поиздержалась. Вы весьма потратились на платья, ткани и украшения, очень хотели удивить всех своим роскошным появлением после длительного траура…

Так и знала, что и здесь “постаралась”…

— …управляющие пытались объяснить вам, что нужно быть аккуратнее с расходами, но это ваше наследство и вам по статусу никто не имеет права перечить… точнее, перечить-то могут, но вы власть и закон в своём герцогстве. Вдруг оскорбитесь и назначите суровое наказание.

А своя шкура каждому дороже всего.

— Ясно. Можете не продолжать.

— Собственно, это и подталкивает Его Величество ускорить вашу помолвку.

— Виконт, я хочу попросить вас привезти для меня бумаги о состоянии казны герцогства, обязательных налогах и доходах. А ещё мне нужны отчёты по мануфактурам и численности населения. И пусть каждый управляющий напишет заметку: меня интересуют основные проблемы и их ви́дение того, что нужно делать, чтобы эти проблемы решить. Убедите их, пожалуйста, что меня не интересуют льстивые данные.

За честность награжу. За ложь — ммм… просто скажите: пусть не пытаются меня обмануть.

С каждым словом лицо наставника всё больше вытягивается, а правый глаз начинает едва заметно подёргиваться:

— Простите, ваша светлость, но для чего вам это всё нужно?

— Я герцогиня. Разве нет? Я должна знать, что происходит с землями, за которые я отвечаю перед короной! Ну и ещё мне неприятно слышать гадкие шуточки про "герцогиню на грани разорения".

Вообще-то, слова Алессиньи меня не только задели, но и заставили нервничать. До этого я не задумывалась о казне Эон Нидао.

Вокруг меня были роскошь, платья, драгоценности, королевский экипаж, огромные и роскошные особняки со слугами… А всё это может оказаться лишь вишенкой на протухшем тортике…

— Такие вопросы обычно решают мужчины, ваша светлость.

— Нет, ну бывает, что и вдовы управляют землями, но так то редкость большая.

— А я хочу сама управлять своим наследством. Я должна убедить Его Величество, что справлюсь без опекунов и мужей. Понимаете?

— Значит, вы действительное намерены расторгнуть помолвку? Простите, ваша светлость, понимаю, что это не моё дело, но вы столько лет этого ждали, да и ваш покойный батюшка ратовал за помолвку с Алексионом-Кэссимом Фрэй Дау…

— Хватит.

Этот вопрос больше не обсуждается.

Ещё раз услышу, что сколько-то там лет ждала этого… этого… аррр! Хочется пойти и стукнуться головой о стену!

— Хорошо, да, конечно, простите меня. Тогда мне потребуется письмо, заверенное вашей личной печатью, иначе управляющие не имеют права передать мне бумаги такой важности.