Думаю, зря я вас познакомила, поторопилась… А с другой стороны – правда все равно когда-нибудь открылась бы, но сколько времени я проходила бы дурой? Было бы еще больнее. Все к лучшему.

Я только растерянно кивнула.

– Полагаю, как прошел твой день и выступление, смысла спрашивать нет? – горько усмехнулась мама.

– Выступили отлично! – быстро заговорила я, пытаясь хоть немного отвлечь маму. – Степа потом смел весь банкетный стол…

Мама слушала меня и пыталась улыбаться, но я видела, что сейчас она находится не здесь, а в своих печальных мыслях. Я, пытаясь развеселить маму, снова принялась говорить про Ирму и Степу, но в итоге голос мой все-таки предательски дрогнул и я, заплакав, обняла маму.

– Тома, ну ты чего? Глупость какая, не плачь… – говорила мама каким-то незнакомым голосом. И плакать хотелось еще больше. – Все это такие глупости…

– Мамочка, все будет хорошо, – повторяла я, – ну подумаешь, встретишь еще любовь. И счастье узнаешь без лжи.

Я подняла голову и посмотрела маме в глаза. Она жестко возразила:

– Не хочу я больше никакой любви.

За всеми произошедшими за день перипетиями – выступлением и личной семейной драмой – только перед сном я поняла, что Вадим мне сегодня ни разу не написал. Наверное, обиделся, что я не ответила ему на последнее сообщение. Забавно, но я испытала чувство облегчения. Не пишет, ну и слава богу.

Проснулась поздно и мысленно поблагодарила человека, придумавшего каникулы. Выбравшись из постели, я с удивлением учуяла запах моих любимых вафель. Честно, думала, что после расставания мама так и не выберется из своей комнаты в ближайшие несколько дней и Новый год мы встретим в траурной обстановке. А она вдруг с утра взялась за готовку. Дед точно не стал бы печь вафли. Уж сколько раз пытался, но у него они никогда не получались.

Я влезла в пушистые белые тапки и отправилась на кухню. Дедушка сидел за столом, а мама готовила, нарочито весело напевая себе под нос. Мы с дедом переглянулись и одновременно пожали плечами. Признаться, в такую ситуацию мы все попали впервые. Мама обернулась и просияла:

– Доброе утро, Томила! Чисть зубы и за стол. Я тут нашла нашу вафельницу и напекла тебе любимых вафель.

– Во сколько же ты проснулась? – спросила я, уставившись на полную тарелку. Если мама в принципе сегодня ложилась…

– Часов в шесть, – ответила мама, – что-то не спалось.

Что-то! Действительно, из-за чего бы?

– К тому же завтра тридцать первое… Столько дел предстоит переделать и квартиру в порядок привести. А вам с дедушкой еще нужно елку купить.

Я прислушивалась к маминому голосу. Удивительно, но в нем не было фальши. Будто она действительна озабочена только тем, чтобы успеть подготовиться к празднику.