— У них тут свои порядки…

Через несколько дней Сашку отвели к следователю.

— У тебя деньги есть? — спросил с порога следователь с погонами капитана.

— Штуки две баксов, — ответил следователь. — Тогда можно это дело попытаться замять.

Столько денег не было.

— А у родственников? Или если квартиру продать?

Все Сашкины родственники были бедны, как церковные крысы, а в квартире, кроме матери, жили бабушка и его младшая сестра. Куда их — на улицу, что ли?

— Ничего нет, — сказал Сашка.

— Хреново, — вздохнул следователь, прикидывая, удастся ли слупить бабки с потерпевшей стороны. — Ладно, давай рассказывай, как все было.

Сашка рассказал. Рассказал, как бойцы хотели изнасиловать потерпевшую, а он за нее заступился. А потом как-то так вышло, что она сама на все согласилась. Так что никакого изнасилования не было.

— Она у тебя что — первая? — удивленно спросил следователь.

— Ничего не первая! — возмутился Сашка.

Следователь посмотрел на него как-то даже с жалостью.

— Ты что, до дома потерпеть не мог, что на «черняшку» полез?

— Ладно, давай так — давай про солдат скажем, что ты их не знаешь, что это были какие-то посторонние воины, может быть даже переодетые «чехи». Что ты защитил мирную чеченку, рискуя своей жизнью. А все остальное было по обоюдному согласию и большой любви.

— Если что, можешь пообещать ей, что на ней женишься. Пообещать-то можешь?

— Вот и пообещай. Скажи, что, когда отсюда выйдешь, зашлешь к ней сватов, а если родственники будут против — украдешь. У них тут запросто невест крадут. Если она тебе поверит, то, может быть, изменит показания. Усек?

— Ага, — кивнул Сашка. — А как я ей скажу, я же здесь.

— Это не твоя забота…

Встречу им устроил следователь, который вызвал потерпевшую в прокуратуру повесткой и под каким-то благовидным предлогом выгнал из кабинета сопровождавших ее родственников.

— Давай-давай, не теряйся! — показал он, отходя к окну и закуривая.

— Ты это, не обижайся, — сказал Сашка, даже не глядя на девушку. — Я если отсюда выйду, женюсь на тебе.

— Я уже и матери написал, — соврал Сашка. — Она не против. Жить будем у нас. Ну, ты что, согласна, что ли?

Чеченка, опасливо оглядываясь на демонстративно отвернувшегося и дымящего в форточку следователя, еле заметно кивнула

— Ну вот… — вздохнул Сашка, потому что больше не знал, что говорить.

И стал смотреть следователю в спину.

Тот словно почувствовал его взгляд, повернулся и резко сказал, обращаясь к потерпевшей:

— Значит, если вы сейчас подтвердите свои показания, мы посадим этого мерзавца лет на десять. Мы его в тюрьме живьем сгноим, чтобы другим неповадно было.

Фарида испуганно смотрела на следователя.