Но я набрала побольше воздуха и высказалась, раз этот шалопай все равно не отстанет – обращаясь сразу и к нему, и к своему мужчине:

– Нет, это не принципиально. И если уж говорить откровенно, то многие девушки не о таком предложении руки и сердца мечтают, а романтики я в этом вопросе точно не добьюсь. Два человека женятся, если они этого хотят, а не потому, что этого хочет кто-то третий.

Лёха некрасиво сморщился, но ухватил меня за локоть и снова взмолился:

– Да я не про ваше желание говорю, а про совсем другое. Для вас двоих вообще ничего не изменится! Зато изменится для меня. Маманька, когда ей живую невестку предоставят, а еще лучше – пару жутких Александровичей, вмиг подобреет. И после этого мои новости уже воспримет спокойнее. Я не могу так больше, понимаешь? Вот ты на прошлой неделе у наших родителей ужинала – все вокруг были только счастливы, умилялись, как больные. А почему я не имею права точно так же привести своего Мишу? Да потому что не могу! Потому что меня живьем сожрут! А вот когда у них появится альтернатива, то поорут два дня – и всё, жрать не станут. Зачем меня жрать, если вы уже есть?

Он привычно перегибал, но кое в чем все же был прав. Их мама была действительно очень озабочена будущими внуками. Меня семья приняла очень хорошо, но только лишь потому, что от Саши такого подарка вообще не ожидали. И растущее напряжение ощущалось, хотя никто не осмелился спросить прямо, мы намерены ли вообще жениться. На Сашу же где залезешь, там и слезешь. И в последнее время Лёха придумал себе, что именно мы способны решить его проблему. Но жениться только для того, чтобы ему наконец-то свободу выбора обеспечить, – в корне неверно. Потому я уверенно качнула головой:

– Нет, Лёш. Советую тебе просто пойти и признаться. Да, скандал будет невиданный. Но его когда-то придется пережить.

Уже вечером Саша вспомнил об этом разговоре, когда мы валялись на диване в обнимку, вполглаза посматривая какой-то документальный фильм.

– Карин, а если твоя родня в гости заявится, то ты действительно им будешь врать про меня?

– Зачем же врать? – я ответила спокойно. – Вообще упоминать тебя не буду. Как в прошлом году не упоминала, когда к ним летала. Им в двух словах не объяснишь, почему я живу с тобой.

– А почему ты живешь со мной? – он начал меня переворачивать к себе для удобства, а в голосе появилась знакомая ирония.

– Потому что люблю, – это признание было простым и уже давно привычным.

– Так ведь я тоже люблю. Но жениться…

– Я знаю. Ты уверен, что на этом все закончится.

Он медленно расправлялся с завязкой на моих домашних штанах.

– Уже не уверен, – он запустил руку под трусики и пальцем заставил меня потерять всю сосредоточенность. – Но все же опасаюсь.