Занимай столик возле окна, я в таких местах уже несколько лет не бывал, давай перекусим.

— Не могу, — прошипела. — На нас все смотрят.

— Во-первых, далеко не все, а всего пара человек, — он поднял мой подбородок пальцами, чтобы посмотреть в глаза. — А во-вторых, и что? Ты им наши оргазмы вернешь или время назад отмотаешь? Пусть смотрят, Карина. А мы поедим. У меня от завистливых взглядов аппетит растет.

Голова кружилась, ноги дрожали. Я просто рухнула на стул, отвернулась к окну и зажмурилась. И уже точно понимала, что я совсем не тот человек, которым была вчера. Тот человек не смог бы сейчас дышать…

Оказавшись дома через час, я не могла вспомнить, чем мы ужинали.

И съела ли я хоть что-нибудь. Туман перед глазами до сих пор не развеялся полностью, но отголосками звучали его слова:

— Это и есть самый важный момент, Карина. Не только твоя внутренняя свобода важна, но и полное признание свободы за другими людьми. Разреши им делать о тебе какие угодно выводы, разреши мусолить твою персону, разреши им завидовать или осуждать. Но ставь однозначную границу между их свободой и твоей. Как только ты научишься этому, то поймешь, как просто существовать в любых обстоятельствах.

Я сейчас говорю совсем не только о сексе, — он усмехнулся с каким-то подтекстом. — Работает во всех сферах: в творчестве, в бизнесе, в захвате мира. Это и есть суперспособность сильных, а слишком хорошее воспитание делает человека просто удобным для остальных. Когда-нибудь ты поймешь, о чем я говорю. Твердо уверен, что ты поймешь…

Я отказалась, чтобы он меня проводил, но Александр Дмитриевич и не настаивал. А я бы задохнулась, если бы пришлось провести в его обществе еще хоть несколько минут.

Мне нужна была тишина в мыслях, чтобы все осознать. Я справлялась, но легче ничуть не становилось.

С одной стороны, я явно или неявно давно понимала, что до этого дойдет. Возможно, уже в первом взгляде на этого мужчину ощутила не оформленную в мысль уверенность — если он захочет, то у меня не будет ни единого шанса. И потом он очень методично подводил меня к этому решению. Я была не слишком честна с собой, но разве еще вчера не знала наверняка, что когда-нибудь с ним пересплю? Противно было не от этого.

Он изобразил, что просто не сдержал страсти, что я сама спровоцировала последний срыв.

Но спустя час я точно понимала — это был очередной продуманный и запланированный маневр. Даже в самых пошлых фантазиях я не представляла, что все произойдет так и в подобном месте. Мне бы в голову такое не пришло. Александр Дмитриевич очень осознанно напрочь выбил меня из зоны комфорта. В его планы и не входило делать мне просто. Чем более высокий порог я перепрыгнула, тем быстрее перестроюсь. Он снова сделал в точности так, как было нужно ему, никаких спонтанных решений.