От нее тоски не утаишь – чего зря душу травить!

Когда заклеивал конверт, от грустных мыслей его оторвал Вася Сорокин.

– Паш, как слово «вспоминай» пишется? Через букву «е» или «и»?

– Кого ты там вспоминаешь?

– Жене и детишкам наказываю, если погибну в бою, то пусть…

– Не дури! Слов нахватался, в бою он погибнет, и вспоминать его обязаны. Порви письмо.

Вася Сорокин считал, что это красиво: взять и написать прощальное письмо. Но человек он был дисциплинированный и листок спрятал в карман. Не удержавшись, поддел:

– А чего тогда со своей девкой прощаешься?

– Ты слова выбирай! Девки от одного к другому бегают, ищут приключений да где повеселее. А это девушка-соседка, работает, десять классов недавно закончила.

– Чего умничаешь, командир, – вмешался Швецов. – К Ваське привязался. Бабы есть бабы, чего спорить?

Карелин промолчал. Ссориться с экипажем он не хотел. Да еще перед боем.

Новое наступление началось более успешно. Начальство в какой-то мере учло прежние ошибки. Несмотря на понукания сверху, не кинули войска в лоб, а нанесли глубокие фланговые удары.

Штук семь танков и две неполных батареи СУ-76 под началом заместителя командира самоходно-артиллерийского полка майора Тюлькова вступили в бой уже перед закатом.

Несмотря на сравнительно небольшие силы – насчитывалось в общей сложности полтора десятка машин и рота десанта – удар с фланга (почти с тыла) оказался довольно успешным.

Уничтожили два дозорных немецких танка, взвод пехоты (оставив горящую «тридцатьчетверку») и врезались в колонну бронетранспортеров, артиллерии, грузовиков с пехотой, видимо, остановившихся на привал или ночевку.

Всегда осторожные немцы в данной ситуации зевнули. Кто начнет наступление в ночь, когда бьет в лицо ледяной ветер, несет снежную пыль и начинает смеркаться?

Солдаты растягивали палатки, рубили дрова для походных печек, готовились к ужину и отдыху. Борис Прокофьевич Тюльков, хоть и занимался в полку в основном организационными делами, нацелил удар грамотно. Расстреливали и давили полевые пушки, грузовики, вспыхнула бензоцистерна, освещая голый, мрачный лес, метавшихся людей, наступавшие русские танки.

Самоходка Карелина (он временно исполнял обязанности командира батареи) почти в упор столкнулась с бронетранспортером «Бюссинг». Тот пятился в лес, выстилая пулеметные трассы. Ударили бронебойным снарядом в борт (рассчитывали на танки). Транспортер застыл, торопливо выпрыгивал экипаж. Вторым снарядом разнесли кабину вместе с механиком и унтер-офицером.

Десантники, уже соскочившие вниз, кого-то подстрелили и побежали дальше, готовя гранаты. Самоходка Чурюмова разнесла кузов грузовика «Шкода» с имуществом связистов.

Грузовик сумел проехать еще немного, затем взорвался топливный бак.