Подножие холма сплошь покрывали сорняк и мелкая травка, пробившаяся через камень.

Чуть приостановился, чтобы отдышаться, и осмотрелся. Тишь да благодать. Лишь жучки ползают да прочие насекомые летают. А нет, ещё и лягушки квакают.

Глянул в ту сторону, откуда раздавалось лягушачье пение, и обнаружил небольшое болото, переходящее в гиблую чащу с камышами и травой выше человеческого роста. Ага, по прямой до болота с этого холма километра два навскидку. А до деревни, из которой я выбежал, километра четыре от болота. Напрямик с холма до самой деревни — все пять, как минимум.

Зачем мне эта информация, не знаю, но, слышал, на болоте можно клюкву достать. А ещё камыш и рогоз прекрасно горят, если память о детстве мне не изменяет. Помню, чуть сарай не сжёг. Ох и прилетело любопытному восьмилетнему парню на каникулах.

Восхождение на неожиданно огромный холм заняло больше времени, чем рассчитывал. Видимо, свою физическую форму я чуточку переоценил. Спустя пятнадцать минут наконец-то показалась вершина. Еле отдышавшись, выпрямился, окидывая взглядом окрестности.

— Ох ты ж ёп… Тише, ребята… Тише… — принялся медленно отступать и тут же замер, вспоминая, что ближайшие сутки вокруг меня все мирные, правда, за исключением других рас, что должны сражаться с человечеством за место под солнцем.

— Хорошие пёсики… — взглянул на развалившуюся на солнышке стаю из двенадцати волков и порадовался, что не наделал глупостей и не закричал.

Кто знает, что они посчитают агрессией — так говорилось в памятке первопроходца нового мира.

В общем, постарался максимально отрешиться от такого тесного соседства и осмотреть пейзаж.

— Так, а это я правильно сделал, что повыше забрался.

Бинокля с собой не нашлось, но зрение с детства было острым и хорошим. Итак, мне удалось рассмотреть ещё три деревеньки. Две по ту сторону холма, у излучины немаленькой реки, и одну с другой стороны от леса, что начинался в том месте, куда и побежал красномордый сосед.

Ещё взгляд уловил нечто, напоминающее мельницу, но с такого расстояния разглядеть лучше не получилось. Уже развернулся, собравшись вернуться обратно, как заметил у самого подножья неплохо замаскированную сторожку охотника. Спуск, конечно, крутой, но и я не инвалид. Раз уж в разведке и время позволяет, почему бы и не исследовать.

Съехав по камням подозрительного белого цвета — то ли мел, то ли ещё какой полезный ресурс, — очутился у порога маленького домика с покосившейся крышей, поросшей мхом. Примерно четыре на четыре метра. Разбросанные вокруг сырые дрова и какое-то гнилое покрывало, валявшееся тут же, недвусмысленно намекали, что место нелюдимое. Земля влажная, но следов на ней никаких нет. А значит, при генерации никакого отшельника сюда не забросило.