Мы теперь богачи!

В сотовом загудела тишина, и я поняла, что разговор голубков завершён. Посмотрела на экран, где щёлкали секунды, мигал красный кружок, и вытерла мокрые щёки. В какой момент я включила запись? Машинально? Привычка с работы.

Услышанное в голове не укладывалось. Колола препараты? Как так можно поступить с живым человеком? С малышкой, которая не может себя защитить? Вот почему, сколько бы ни старалась, похудеть не получалось. Вот по чьей причине я перенесла тысячи издевательств и услышала миллион советов зашить себе рот.

В груди завернулось тёмное пламя злости, а желание немедленной мести и восстановления справедливости затуманили голову. Я сразу позвонила адвокату:

— Пожалуйста, попробуйте отозвать все платежи, что ушли сегодня. А ещё я хочу развод.

— Что случилось? — забеспокоился Павел Григорьевич.

Рассказать я не могла, от боли, раздирающей грудь, едва дышала, поэтому прохрипела:

— Я перешлю вам запись. Сделайте всё, чтобы призвать преступников к ответу. Наймите детективов, сыщиков, кого угодно! Заплачу любые деньги, лишь бы вывести мошенников на чистую воду и отплатить.

Переслав запись разговора, повернулась к торту, свечи на котором уже оплыли и вот-вот погаснут. Поддавшись нахлынувшему отчаянию, стремительно приблизилась и крикнула что было сил:

— Хочу стать стройнее всех!

И задула свечи. Удивительно, но это меня успокоило. Принесло ясную трезвость и холодный рассудок. Я открыла страничку самого дорогого бутика в городе, где предоставляли срочную курьерскую доставку, и хищно ухмыльнулась:

— Будет тебе «Гермес»!

Когда вернулся Саша, я сидела за столом, на котором стоял пакет с лейблом известного бренда, а внутри упаковки лежала сумка, цена которой была равна стоимости автомобиля.

— Извини, на работе задержали, — разуваясь, весело бросил муж. Вошёл в комнату. — Сумочку купила?

— Это прощальный подарок.

Я внимательно рассматривала мужчину, которого боготворила все эти годы, но оказалось, что его доброе отношение к толстушке лишь стратегия обогащения. Все его действия, когда он защищал меня от нападок детей, которые дразнили пухляшку, шли не от чистого сердца, а были тщательно продуманы.

А я была такой дурой, что поверила в бескорыстную любовь привлекательного парня к пышке!

— Хороший бренд, кому-то повезёт… — похвалил Саша и, потирая руки, сел за стол. — О! Мой любимый тортик. Давай же начнём праздник.

— Давай, — мягко улыбнулась я и, взяв тарелку, швырнула торт в лицо Саши.

Муж замер, и белые хлопья крема закапали с его кожи на шерстяной костюм. Машинально отметила, что теперь его и химчистка не спасёт, но тут же отмела неуместные мысли.