– Рот в рот.

– После безуспешных реанимационных процедур… – тоном диктора Левитана завел Семен. Он заметно прихрамывал. – Хреново, мужики, снова ахиллово сухожилие воспалилось… Копылов, это ты виноват, столкнул меня, увалень, с крыльца!

– А чего ты лезешь поперек батьки? – ощетинился Копылов.

И снова едва не случилось возрождение Левиафана! Покалеченный майор ни в какую не желал мириться с судьбой. Он зарычал, как собака, сделал попытку подняться. Никита отвесил ему затрещину. Майора повело на сторону, он оперся на четыре конечности, начал бормотать что-то бессвязное.

– Не помогает, – вздохнул Турченко.

– Увеличь дозу, – посоветовал Копылов.

– Ладно, пусть встает, – махнул рукой Никита. – Пусть сам поднимется, чем нам его поднимать. Пакуйте эту дрянь, ребята, повезем ее туда, где ей самое подходящее место. Эй, Лебеденко, бабу не проворонил? – крикнул он.

– Никак нет, товарищ капитан! – по-уставному отозвался Лебеденко из дома. – Баба пока еще здесь, раскаялась и просит дать ей искупить вину! Вот только мужик ейный опять чем-то недоволен. Он хочет посидеть до утра в камере! Я справлюсь с ним, командир!

– Отвали от меня! – В доме снова что-то упало, задребезжало на режущей металлической ноте. Похоже, обуянный горем муж перешел к метанию банных тазиков.

Телефон сработал в тот момент, когда уставшие спецназовцы волокли свою добычу к крыльцу. Лебеденко спускал со ступеней поникшую женщину, бурча под нос, что быть нянькой при бабе, когда товарищи рискуют жизнью, ему еще не приходилось. Звук был отключен, но капитан почувствовал вибрацию.

– Приветствую, заместитель, – раздался глуховатый голос майора Шубина. – И где нас носит? В казарме, если верить посыльному, тебя нет. Вы чем там занимаетесь?

– По Камасутре работали, – проворчал Никита, начиная испытывать резонное беспокойство.

– Ну, и как? – развеселился Шубин.

– Никак. Книга лучше.

– Подозреваю, это был гомосексуальный опыт, – засмеялся комбат, как никто другой сведущий в любовных делах. – Как наш «крот»?

– Упакован, готов к отправке, – не без гордости отчитался Турченко. – «Кротиха» – тоже. Вид у нашего героя, правда, не вполне презентабельный. Сбежать пытался.

– Но на органы пойдет? – пошутил комбат.

– Вот и славно. Молодец, капитан, объявляю благодарность – и твоим соколам тоже. Возвращайтесь на базу, через полчаса нас ждет полковник Порохов. У нашего любимца, похоже, есть тема, которой он хочет с нами поделиться. Извини, капитан, – сменил тон Шубин, – не хотел, не мной придумано. Вызывают меня, тебя и начальника разведки Варгина.