Большинство вопросов в современной демократической Украине решается физическим устранением разносчика проблемы. Это не прежний режим «тирана и деспота», когда убивали редко и только за дело. Он добрел до мотоцикла, на котором передвигался по служебным делам, сел, завелся… и поехал на службу. «Наружка» не поверила своим глазам. Был приказ пока не трогать, проследить – ведь не все его сообщники пока известны. Но все случилось именно так. Дмитрий Макарович добрел до рабочего места, с ходу решил вопрос с определением номера склада для очередной партии сигналящего у ворот гумконвоя. Потом он покурил, вскипятил воду в электрическом чайнике, еще раз покурил. Общаться с сообщниками в этот день он был не расположен. О событиях текущей ночи вблизи погранпоста «Вишняки» Крикун, разумеется, был в курсе. И в интуиции ему невозможно было отказать. Несколько раз он подходил к окну, тоскливо смотрел на зевающих в отдалении спецназовцев.

Когда спецназ вошел к нему в кабинет, майор Крикун в оцепенении сидел за столом и держал в руке пистолет с одним патроном. Турченко с любопытством посмотрел на него. Крикун побледнел еще больше. Дрогнул пистолет, он приставил его к виску, зажмурился. Нет, не хватило духу, опустил.

– Не получается каменный цветок, Дмитрий Макарович? – посочувствовал капитан, неторопливо подошел и отобрал табельное оружие. – А в следующий раз, когда надумаете стреляться, первым делом опускайте предохранитель. Иначе может не получиться. Вставай, мразь, особого приглашения ждешь?! – Он схватил Крикуна за шиворот, выволок из-за стола и швырнул к двери.

– Кто вы такие?! Что вам надо, я майор!

– Коллекторы. Долги собираем… – проворчал Терновский, принимая подачу и припечатывая Крикуна лицом к двери. Он бегло его ощупал – не спрятал ли в заначке еще один пистолет. – В друзья тебя добавить хотим. Майор он, видите ли, – засмеялся боец, отправляя скулящего «крота» дальше по эстафете. – Да тебе, приятель, даже рядовым никогда уже не быть…

В то же время в далеком Верховце происходили схожие события. К дому Федора Николаевича Мозиляка подъехал армейский джип, из которого выгрузились пятеро вооруженных до зубов ополченцев. Старший группы забарабанил кулаком в ворота:

– Мозиляк, открывайте!

Почему решили обставить арест с такой помпой – непонятно. Думали, что будет просто – один из бойцов даже снимал происходящее на сотовый телефон, чтобы потом продать новостному порталу Новороссии. Мозиляк находился в подвале, укреплял прогнувшиеся распорки. Он пулей вылетел наружу, заметался. Намерения посетителей читались отчетливо – явно не ошиблись адресом. Он взлетел на второй этаж, прилип к заднему окну. За плетнем, граничащим с соседним участком, мерцала фигура автоматчика в камуфляже.