Так же я обнаружил, что здание имеет три этажа и каждое окно закрыто снаружи решетками (а жалюзи внутри), и подумал, что, если эти этажи – жилые, тем товарищам, кто там находится, здорово не повезло, потому что у них нет дворика. А еще я подумал, что, если когда-нибудь это учреждение придется разыскивать, я даже издалека его обязательно узнаю. Только вот придется ли?

Побродив некоторое время во дворике, я ушел в комнату. Дверь тут же заперли – жужжание и щелчок.

Посмотрев на часы, я установил, что уже 22.10. решил, что сегодня нарушение режима не в счет, и завалился спать, предварительно обратившись к потолку с просьбой погасить свет. Как ни странно, в комнате выключателя не было, кроме того, что предназначался для санузла.

Свет тотчас погас. Немного поразмышляв над тем, что всевидящее око не в состоянии контролировать мои деяния в санузле, я тихо порадовался этому и вскоре уснул…

На следующее утро меня разбудил зуд в районе левого запястья. Потерев спросонок руку, я наткнулся на браслет. Открыл глаза, скорчил рожу и сел на кровати, отметив, что стрелки «Ролекса» показывают шесть часов.

Зуд прекратился. Погрозив пальцем полусфере, я недовольно заметил, что, дескать, не обязательно будить человека столь малоприятным способом – можно включить легкую музыку и запустить в комнату молодую даму, которая ласково покусала бы грудь и нежно погрызла ухи.

Не получив сочувствия, я напоил Ихтиандра и в течение полутора часов с удовольствием занимался физкультурой во дворике – дверь была открыта.

В процессе физподготовки я немного поэкспериментировал – громко хекал, лупя по груше. Памятуя о запрещении кричать во дворике, ожидал наказания. Током меня бить не стали. Видимо, на этот счет операторы имели какие-то инструкции или особое мнение.

Затем я забрался в санузел, обнаружил, что течет и горячая вода, порадовался этому открытию, принял контрастный душ и побрился.

Я почувствовал себя отлично! Молод, здоров, хорошо размялся и помылся… Что еще?! Даже расплывчатая перспектива недалекого будущего особо не расстраивала.

В восемь тридцать приехал завтрак. Этого момента я с интересом ожидал, заранее злорадствуя, что тутошние повара вряд ли даже в три приема припрут мне все, что я им вечером наподчеркивал…

У меня в буквальном смысле челюсть отвисла, когда на стол выкатился лоток.

Там было все, что я заказал, насколько помню. Только все это – в микродозах на маленьких-маленьких блюдцах.

Опять же лежало меню с карандашом. Я взял листок и обнаружил на оборотной стороне обращение, написанное аккуратным, по-моему, женским почерком: «Уважаемый № 4! Ваш завтрак содержит то количество калорий, которое необходимо для компенсации энергозатрат до обеда.