Хотелось, чтобы Леля запомнила только хорошее!

Через несколько минут к нам присоединился Денис, начал деловито расставлять салюты по территории и поджигать их.

Вверх с громким свистом начали взмывать огненные шары, распадаясь на части, словно одуванчик, а потом каждый из зарядов делился еще на несколько взрывов.

БУХ! БУХ! БУХ!

Со двора нашего домика вверх летели такие фейерверки, что было видно даже издалека! Все Снегирево осветило яркими салютами и оглушило громким баханьем. Действительно, салют получился достойным столицы. Леля пищала от радости, я тоже на миг забылась, перестав думать о дурном, наблюдая за игрой света и огня.

— Ну что, С Новым Годом!

Брат крепко-крепко меня обнял.

— Ты как?

— Замерзла немного. Пойдем в дом?

— Ага! Лелю спать уложишь? Посидим, поболтаем.

Разумеется, я согласилась. Мы вернулись в дом, я уложила Лелю спать Она уснула сразу же, едва голова коснулась подушки. Поцеловав дочурку, я вернулась в гостиную. Брат уплетал за обе щеки оливье, по телевизору шел концерт…

О нежданном госте, которого прогнали, напоминала лишь грязная тарелка и дополнительный бокал с недопитым шампанским.

— А этот где? — уточнила я.

— Ушел. Черным ходом как вышел, так и побежал огородами. Через сугробы рванул к своим гномам… Они ждали его неподалеку, припарковали машину на углу улицы, — отозвался брат.

Я заметила, что у брата содрана кожа на костяшках правого кулака.

— Денис! Ты, что, побил Рычкова? Он же звезда эстрады… Вдруг скандал раздует?— ахнула я.

— Где ты его вообще откопала? Как наняла?

— Это не я, — сказала мрачно. — Это подарочек!

— От кого?

— От найденыша. Гостя незваного… Долгая история.

— А я никуда не тороплюсь!

Я не стала вдаваться в подробности, тем более, в интимные. Я вообще хотела как можно скорее забыть эту историю: и Кравцова, и нашу ночь, и все-все-все.

Звонить ему?! Вот еще! Ни за что... Пусть со своей невестой развлекается.

Но обстоятельства непреодолимой силы сложились иначе...

***

Глава от помощница Кравцова

Надежда Милевич в очередной раз крутанулась перед зеркалом в дамской комнате туалета, оценивая свой наряд, потом приблизила лицо на максимум к зеркалу, придирчиво разглядывая отражение. Тон на лице лежал идеально ровной, незаметной вуалью, губы были подкрашены помадой оттенка “как свои губы, только поярче”. Акцент на дымчатый макияж, локоны безупречные.

Лицо — идеальное!

Надя знала, что была красива, ей многие мужчины заглядывались вслед, отпускали комплименты, приглашали на свидания и не только. Ей предлагали руку и сердце, но чаще, конечно, предлагали стать любовницей или содержанкой.

Пройденный этап… Надежда в свои двадцать семь успела побыть на всех ролях, которые только возможна.