К тому времени та, что от меня отказалась, была давным-давно мертва. Могилка заброшенная совсем, куцая… Такие бывают у тех, о ком заботиться толком некому. Рвань рвань и порождает.

— Что?!

— Так все говорят, это не мое выражение. Есть поговорка про яблоко и яблоньку. Так вот… Образно выражаясь, я всегда хотел быть… не таким яблоком. Стремился покинуть яблочный сад и оказаться… Допустим, в зимнем саду. Среди пальм и экзотических видов растений. Это тяжело, сложно и долго. Отнимает силы и времени, отнимает все. Представь, у твоей девушки день рождения или у вас ми-ми-ми-годовщина, а ты забываешь и сначала про одно, потом и про другое, потому что спешно заканчиваешь проект, который может выгореть, а может — и нет, — как-то весело говорит Кравцов. — Выбираешь проект. Девушка побоку. Прогораешь… Пффф… Кругом только зола и куча долгов. Куча долгов и даже… потрах…

Алексей быстро понимает, что чуть не пустил крепкое словцо.

— Потрындеть об этом не с кем.

— Мне жаль.

— Не стоит. Успех стоит кровавых мозолей. Срывы, подставы, постоянное движение. На заре, когда меня интересовали эмоциональные привязанности “потр... потрындеть и иметь плечо поддержки” попадались не те девушки. Обиды на мою черствость и занятость были сильнее, а когда у меня уже появилось время и возможность озадачиться чем-то таким… — показывает глазами пренебрежительное отношение. — Выходит, что уже все… Поезд ушел.

— Да брось! Уверена, на твоем перроне постоянно очередь из желающих.

— Лягушки-путешественницы? Просто лягушки, мнящие себя принцессами? Лягушки с прицелом на комфортное проживание без затрат? — уточняет Кравцов. — Прекрати, Нина… Я открыт. Открыт для приятных и не обременяющих отношений. О чем говорю сразу же. Без прицелов на большее.

Вот так, Нина. Без прицелов на большее.

Только приятно провести время в кроватке.

— А ты? — адресует вопрос мне.

— Что я? Я не такая черствая!

— Но не печалишься по бывшему, который тебя недавно бросил.

— Ах, откуда ты взял про недавно?!

— Но я же угадал?

— Да! — пыхчу. — Угадал…

— Так почему же не печалишься?

— Может быть, потому что я все еще скучаю по отцу Лели. Лучший! — выпаливаю я. — Другие не выдерживают конкуренции, даже на стадии простого сравнения качеств.

— Теперь я заинтригован еще больше, — вздыхает Кравцов и серьезно задумывается.

Глава 8

Нина

Обед заканчивается. Я начинаю мыть посуду, поглядывая на Лелю. Обычно после обеда, через полчаса, самое большее, через минут сорок, ее тянет в сон. Глазенки становятся сонными-сонными, она всегда подпирает ладошками щечки, отчего они кажутся еще больше пухлыми и сладенькими. Ух, моя румяная булочка! Так бы и съела…

Но сегодня, кажется, Леля спать не хочет.