Все меркнет перед ее слепой истерикой.

— Ты… ты с ним говорила и мне не рассказала? — ее глаза кровью наливаются, жуткие метаморфозы происходят мгновенно. — И это после того, как я тебе душу излила? О своей боли поведала? Я всегда была на вашей с Денисом стороне! И ты за все так мне отплатила, Виктория?!

— Елена, закрой рот! Не трогай Вику. Хочешь злиться? Направь свой гнев на меня! — Ярослав даже привстает на постели.

— Ты не заслуживаешь моего Дениса! Все верно, ему другая женщина нужна! — смотрит на меня с ненавистью.

Наверное только сейчас я понимаю в какой обстановке они жили, Елена помешанная на своем Степане, и Ярослав, который продолжал любить мою мать.

Не жизнь, мучения.

— Так беги к своему Степке, чего тут стоишь! — машет рукой Ярослав.

Она голову в плечи вжимает, взгляд затравленный становится.

— Когда придет время, мы с ним встретимся, — слова как-то неестественно звучат. Будто сама до конца их не понимает.

— Вас кто-то надоумил отравить Ярослава? — высказываю догадку, и попадаю в цель, судя по ее бегающему взгляду.

— Я сама! Он должен заплатить за годы моих мучений! Он во всем виноват!

— Вик, оставь ее. Ты ничего не добьешься, — устало говорит Ярослав.

Вижу, ему хуже становится. Слишком много воспоминаний и эмоций для неокрепшего организма.

— Я врача позову. Что с ней делать? — спрашиваю, поглядывая с опаской на Елену.

— Это я с тобой сделаю! Я тебя уничтожу! Ты предательница! — орет на меня.

— Успокоительное, — говорим с Ярославом в один голос.

Прошу охрану позвать врача. Описываю ему ситуацию, мол переволновалась, надо успокоить, сую несколько крупных купюр в халат.

А сама понимаю, что женщина в своем безумии опасна. Мало ли что она еще учудить может. Ярослав против полиции, понимаю его. Рука у него не поднимется засадить ее, потому что вина грызет.

— А дальше что? — спрашиваю Ярослава, когда два санитара и врач с криками и орами уводят Елену. — Спец клиника? — высказываю жуткую мысль.

Сама от нее содрогаюсь.

— Не могу я с ней так, — вздыхает Ярослав. — Я во многом реально перед ней виноват. Ну и ты знаешь, какие у меня ассоциации…

После того, как там практически всю жизнь провела моя мать, упекать Елену хоть и в хорошее но подобное заведение рука не поднимается. Это тоже понимаю.

— Какой выход? — хмурюсь.

— Ты знаешь, — Ярослав грустно улыбается.

— Знаю, — киваю.

Достаю мобильный и набираю номер Дениса.

Глава 44

— Вика! — от его радостного голоса все внутри переворачивается.

— Тут твоя мать в истерике. Это она… твоего отца, — говорю сдавленно.

— В больнице?

— Да.

— Скоро буду. Дождись меня.

Вот и весь разговор. А меня колотит, сердце внутри сжимается. Будто я стою на пороге чего-то важного, что в корне изменит жизнь.