Надо уходить, пока он не проснулся. Я сделала несколько шагов к камню, на котором сушилась одежда, и внезапно полоска моря и пляж закачались перед глазами.

Что это было? Сказался недосып или вчерашние переживания? Скорее и то, и другое.

Нужно одеваться и уходить, пока я не свалилась с ног. Одежда была еще влажной, но я торопливо натянула ее на себя, застегнула все пуговицы на блузке. И тут же почувствовала себя увереннее.

Ополоснув лицо морской водой, попыталась определить, в какую сторону двигаться. Напрягла память и постаралась вспомнить изображение береговой линии, вдоль которой курсировал наш гулет. Карта маршрута мелькала на всех постерах и буклетах, плюс ими было буквально увешано судно.

Параллельно берегу идет линия автострады. Если доберусь туда, остановлю попутку. В любом случае никаких спасателей ждать не стану, лучше пришлю за Артуром полицейский патруль. И постараюсь никогда больше с ним не встречаться, чтобы не сгореть от стыда.

Вот только… Только жаль, что я не видела, какие у него глаза. Дура, не догадалась спросить. Он же спрашивал про нос, надо было тоже спросить, хотя бы в шутку.

Пора идти, а ноги будто вросли в берег. Ничего ведь не случится, если я его на прощание поцелую? Он и знать не будет…

Наклонилась к спящему мужчине, прикоснулась губами к щеке и в ужасе отшатнулась. Да он же горит! И рука подозрительно покраснела.

Так вот отчего у него такие губы, у Артура лихорадка! А я уже нагородила огород…

— Эй, — осторожно потормошила за плечо. Потом потрясла. И внутри все оборвалось.

Он без сознания? Или это такой глубокий сон? Сердце гулко забилось, накатила паника, но я быстро взяла себя в руки. Артур живой, дышит, значит, надо скорее шевелиться и идти за помощью.

Еще очень рано, солнце невысоко. Прикрыла ему голову шортами, еще раз поцеловала и быстро пошла в предполагаемую сторону автострады.

***— Ась… — донесся негромкий голос, — Аська… Ты меня слышишь? Не пугай меня, Асенька!

Голос повторил ненавистное прозвище, и я моментально открыла глаза. Так меня называли на судне, чтобы как-то различать нас с Настей, второй официанткой. Которая сейчас и сидела возле меня на стуле.

Хозяин гулета специально подбирал девушек одного типа и с одинаковыми именами, чтобы не заморачиваться, и чтобы нашим гостям было удобнее. А коллеги, чтобы с Настей нас как-то различать, стали называть меня Асей. И то, что меня это жутко бесит, никого не волновало.

Я только замычала в ответ. В горле пересохло, и я скосила глаза на тумбочку, на которой стояла пол литровая бутылка с водой.

— Конечно, — спохватилась Настюха, — сейчас.

Я пила, наверное, целую вечность. Утолив, жажду откинулась на подушку и обвела глазами комнату. Стандартная больничная палата. В ногах прямоугольный столик, рядом с кроватью мониторы.