Моргнув, гашу дар Видящей, чтобы не рвать сердце напоминанием о приближающейся катастрофе.

«Только мы знаем об этой пещере, никто другой не вызвал бы меня сюда», – Арен обходит выемку в склоне.

«Арен, а ты не думаешь, что эта девушка, что это она тогда в Академии…»

«Думаю. Но подождём, что они расскажут сами. Денея священна для дракона, даже если бы она лично вырезала Академию и жителей Нарнбурна, для Сарана она – солнце и луна, смысл жизни, сама жизнь, а я не хочу драться с ним насмерть».

Воздух вокруг нас греется магией, и снег подтаивает, а Саран с его парой шагают по ледяной земле босиком и явно не чувствуют себя неуютно.

Настоящие ледяные драконы.

По пути к пещерке, вход в которую едва заметен среди скал, Арен собрал сухие низкорослые кусты – чтобы не поддерживать огонь драгоценной магией. И теперь костерок весело трещит, облизывая дымом свисающие с далёкого потолка сосульки и сталактиты.

Мы с Ареном сидим с одной стороны огня на согретых магией камнях, наши молчаливые спутники – на намороженных ими глыбах льда. Коса за спиной денеи (при свете оказывается, что у девушки пронзительно-синие глаза и каштановые волосы) моргает крупными голубыми глазами.

Разглядывать их уже почти неприлично, разговор никак не начинается, и я оглядываю серые с бурыми проплешинами стены.

– Расскажешь, что происходит? – Саран поглаживает руку своей пары.

– Представишь свою денею? – спрашивает в ответ Арен.

Изумление Арена настигает меня чуть раньше, чем он дёргается встать. Всё же он сдерживается и остаётся сидеть на камне, обнимая меня крылом.

– Неожиданно, – заключает Арен. – Её отец…

Теперь вспоминаю и я: тот самый придворный менталист служитель Культа, который запрограммировал Элоранарра убить новорождённого Линарэна.

Мэлара Никсэ смертельно ранил наставник Дарион, но тот внезапно появился при нападении на Академию. И сбежал…

Это точно она напала на Академию! А ведь ректор Дегон говорил, что в гневе спалил её дотла. Но кому как не ему сочувствовать культистам.

– Благородный род, – дипломатично выруливает Арен и указывает на меня. – Валерия Флос.

Саран едва слышно усмехается:

– Тоже родовитая. – Он кивает на Арена. – Принц Арендар. Возможно, наследник империи Эрграй.

– Наследник. Ты встречался с отцом?

Уголок губ Сарана нервно дёргается, он покачивает головой:

– У меня были более важные дела.

Представляю, что это за важные дела в брачные недели. К щекам приливает кровь.

– Расскажешь, что происходит? – Саран по-звериному склоняет голову набок.

Арен рассказывает. Всё с самого начала: о войне Эёрана и Нарака, о Безымянном ужасе и проекте демонов «Культ», об истинной цели Пат Турина, о разрушенных основах для восстановления печати между мирами.