Любимая, сидя напротив с прямой спиной, будто палку проглотила, ни разу не перебила вопросами. Что-что, а уж слушать она умела.

— Так что, одну проблему я закрыл. — землянин протянул руку и накрыл ладонь супруги своей, как это часто делал. — Остались старик Грейвер и твой несостоявшийся жених, но, надеюсь, они поймут, что со мной лучше не связываться. Первый, полагаю, уже понял, что мстить мне накладно и бесполезно.

Джиса хмыкнула, почесала носик и отрицательно мотнула головой.

— Рано ты списал Манелов. Динобий уже оплатил не только твои поиски, но и убийство.

Его смерть заказ не отменит. Пойдём. — она встала. — В подземелье дожидается одна известная тебе особа. Вчера прибыла из Фожа с новостями.

Мелькнувшую было мысль, что речь идёт о бывшей лесной разбойнице Раде, попаданец тут же отбросил. Не могла та никак добраться до замка раньше него. Хорошо, если на следующей неделе приедет, к тому же, со стороны Нагабина, а не из соседнего города.

— Почему же тогда в подземелье, а не в комнатах замка или трактира? — Немченко поднялся следом, начиная догадываться, о какой визитёрше идёт речь.

— Таким крысам место на колу или в петле. — ола расправила платье. — Она должна мне ноги целовать, что я её всего лишь за решётку бросила. — владетели Рея направились по лестнице вниз. — Это та фожская воровка. Гадюка. Ты мне рассказывал, как вытащил её из тюрьмы.

— Ну, как я понимаю, она же не воровать сюда явилась? Какое-то дело ко мне есть.

— Предупредить явилась. О готовящемся на тебя покушении. Некто Бурый прислал, такая же крыса. Вернее, крысюк. Ты морду Гадюки знаешь, поэтому ей и выпало в Рей ехать.

Спускавшийся чуть впереди Андрей остановился и обернулся.

— Джиса, она же благое дело хотела совершить. По отношению ко мне, а ты её так грубо встретила.

— Ты иди. Чего встал? — ола Рей слегка полтолкнула мужа, и они продолжили спуск. — Не доверяю я таким особам. Сейчас поговоришь с ней, и, если что-то не так, прямо там же прикажу удавить у нас на глазах. Анд, милый, я понимаю всё, но ты как-то уже прими за данность, что быть доверчивым владетелю нельзя. И добреньким тоже. Много раз с тобой об этом говорю, а ты по прежнему не серьёзно воспринимаешь.

— Прости, Джи, но мне поздно меняться. — ол Рей поцеловал супругу в щёку и довольно сильно два раза пнул по запертой изнутри дубовой двери. Они уже спустились на первый ярус, а лестница на самый нижний вела с другого конца коридора подземелья. Такие вот лабиринты в замке были построены. — Открывайте, придурки!

Никакого уважения к тюремщикам, даже своим, Немченко не испытывал. До сих пор забывал спросить у жены, где она такие отвратительные хари нашла.