— Хочу! Только не забудьте!

— Договорились. Если книги не будет в Придивном, пришлю вам из Москвы.

— Мы тут посоветовались, хотим попросить провести встречу с читателями. Конечно, вы на отдыхе, но вдруг согласитесь?

— Да, в общем-то, я не против. Как только решите, когда и где, сразу мне позвоните.

— Непременно позвоню в ближайшее время, — Виталина Лаврентьевна чуть отступила и оглядела Анну восторженным взглядом: — Это же надо! Живая Воеводина!

На улице Николай сказал:

— Восторг и благоговение почитателей. Приятно быть известным писателем?

— Не преувеличивайте.

Я всего лишь середнячок. О высокой литературе речь не идет.

— А, по-моему, сейчас как раз эпоха женского детектива.

— Откуда такая самоирония?

— У меня, как у большинства авторов этого жанра, вечная дилемма: писать плохо — стыдно, а хорошо — некогда.

Николай посоветовал:

— Ну, так пишите долго и хорошо.

— А когда через шесть лет я напишу «Войну и мир», читатель наморщит лоб, чтобы вспомнить: а кто такая Воеводина? И купит книгу другого автора, который пишет по три книги в год.

— Жестокая правда жизни, — проговорил Николай. — Тем не менее, если следовать логике последних событий, в Придивном о вас скоро будут слагать легенды.

— Вы про Линчевскую? Стоит ли говорить об этом. Просто я оказалась ближе, чем остальные.

— Оказаться рядом в нужный момент — вершина профессионализма. Известная истина.

— Не буду с вами спорить, хотя сама я так не считаю.

— В санатории говорят только про вас. Теперь еще и встреча с читателями. Послушайте, а почему вы предпочли писать детектив?

— О чем еще писать офицеру полиции? — Анна остановилась: — Нет, правда, хватит!

— Ну, хорошо, — согласился он.

 — Предлагайте другую тему.

— Открывались шумно двери, и ползли по стенам тени. — Быстро, в ритме стихов проговорила она.

— Слова, которые повторяла Линчевская.

— Не знаю. Подумала, вдруг знаете вы?

— Откуда?! Я и видел-то ее всего несколько раз.

— Вот, что я нашла в интернете, — Анна включила телефон, отыскала сохраненную заметку и прочитала: — «Шестнадцать признаков того, что в вашем доме живут призраки». Не буду приводить все шестнадцать, назову всего три: открытие и закрытие дверей, необъяснимые тени и странное поведение животных.

— Животные здесь при чем?

— Линчевская упоминала собачий вой.

— И все равно, не полный комплект. Как быть с остальными тринадцатью?

— Зря шутите, — заметила Анна. — Я говорю серьезно.

— Ну, не верите же вы в подобную ерунду?

— В подобных случаях говорят: не знаю, чему верить.

— Фактам и только фактам.

Они вышли к набережной. Был вечер, и солнце давно село. Дробясь и колеблясь, в морской воде отражались прибрежные огоньки. На пляже веселилась молодая компания, несколько человек купались в черной воде.