Первая мысль была — теперь меня действительно казнят. За убийство хозяйки. Никто не поверит, что я ничего не сделал. Это к лучшему. Можно просто ничего больше не делать.

Потом я устыдился. По-настоящему ни один из этих детей мне не навредил. Я больше не иду путем самосовершенствования, но это не значит, что я готов отказаться от своей собственной чести и совести.

— Не кричи, скажи, что случилось, — коротко приказал я А-Лею, перехватывая девушку за плечи и укладывая на свою подушку. Сил у меня было немного, но явно больше, чем еще вчера днем.

— Не знаю… — Подросток, белый, как цветы жасмина, что росли у порога, закусил губу, глядя с испугом то на сестру, то на меня. — Кажется… ты уснул, а Янли все работала с твоими точками. И вливала ци очень маленькими порциями, воздействуя на них. Твое тело все принимало нормально до того момента, как ты отключился, а потом взяло и…

— Что?! — У меня неприятно засосало под ложечкой. Неужели и здесь я виноват?! Нет, только не снова…

— Я далеко сидел, — беспомощно моргнул А-Лей. — Понял только, что твое тело… оно вдруг само вцепилось в ци моей сестры и всю ее резко выпило…

У меня над головой кто-то бухтел и бухтел, перед глазами в темноте плавали зеленые пятна, похожие на светящихся медуз-бубликов. Потом одна из этих медуз, более ажурная и крупная, но менее яркая, протянула тонкие ложноножки к другой и сказала:

— Сосредоточься. У тебя совершенно не развиты меридианы и нет способностей заклинателя, но передать ей каплю ци ты сумеешь. Ей должно быть достаточно, чтобы не умереть.

— Я не умею, — заскулила вторая медуза, поменьше и попроще, испуганным голосом А-Лея. — Вдруг я только хуже сделаю?..

— Не трусь, меня не боялся убить? И ее не убьешь. Давай!

Первая медуза выпустила еще одну ложноножку и, такое впечатление, попыталась «выжать» вторую как мокрую тряпку.

— Янли! Дура! Ты нас напугала! — тут же взвыл натуральный А-Лей, чья побледневшая физиономия с прокушенной губой и красными глазами возникла на месте скрученной зеленой медузы.

— Я сразу сказал, что это чушь, — хмуро буркнул… а, это Юншен. Только сейчас он почему-то не воспринимался больным ребенком, и даже неровно укороченные пряди волос не вызывали улыбку.

— Спокойно, без паники. — Я попыталась сесть и схватилась обеими руками за резко закружившуюся голову. — Что случилось?

— Он тебя съел, — зло рыкнул А-Лей, причем рычал он не на того, кто, по его словам, был причиной моего состояния, а на меня.

Юншен слегка отвернулся, чуть прикусив полную нижнюю губу, и вид у него стал… даже не столько виноватый, сколько смертельно трагический.

— Ты раньше не работала с заклинателями. Глупо было лезть в то, чего не понимаешь, — тихо произнес он.