– Но я только что придумала еще одну.

Он насмешливо вскинул брови.

– Говоришь так, будто для этого потребовалось огромное усилие.

– Не столько причина, сколько момент, – улыбнулась она.

Энн кивнула. Оба направились к выходу.

– В ту ночь, когда мы впервые встретились, я была готова оставить тебя в пустом коридоре.

– В крови и синяках?

Он попытался изобразить ярость, но, похоже, широкая улыбка испортила весь эффект.

– Если бы меня поймали наедине с тобой, я потеряла бы должность, и кроме того, я просидела в том чулане бог знает сколько времени. У меня в самом деле не было времени помогать лечить твои раны.

– Осталась, – кивнула Энн.

– Из-за моей чарующей улыбки и прекрасного чувства юмора.

– Нет, – прямо ответила она. – Из-за твоей сестры.

– Хонории? – изумился Дэниел.

– Ты защищал ее, – беспомощно пожала она плечами. – Как я могла бросить человека, защищавшего сестру?

К полному смущению Дэниела, щеки его стали горячими.

– Но это сделал бы каждый, – промямлил он.

Они успели спуститься до половины лестницы, когда Энн воскликнула:

– О, я придумала пятую причину! Когда мы читали пьесу Харриет! Попроси она, и ты взял бы роль дикого кабана.

Она погладила его руку, и они вместе вышли из дома.

– Обязательно взял бы!

– Хорошо, ты права, – солгал он.

Энн проницательно посмотрела на него:

– Воображаешь, будто говоришь это только для того, чтобы успокоить меня, но я знаю, что ты не подвел бы Харриет.

Господи, да они уже похожи на почтенную супружескую пару!

– О, я придумала еще одну!

Он смотрел на Энн, в ее сияющие глаза, полные любви, надежды и обещания.

– Собственно говоря, две, – поправилась она.

Дэниел улыбнулся. Сам он мог придумать тысячи причин.

– Думаю, Дейзи лучше отойти вправо, – прошептал Дэниел на ухо жене. – Сара выглядит так, словно готова откусить ей голову.

Энн бросила нервный взгляд на Сару, которая, использовав единственный возможный способ уклониться от прошлогоднего концерта, снова была на сцене, за фортепьяно…

Энн могла только заключить, что для Сары ярость была предпочтительнее унижения. Одному богу известно, выживет ли инструмент после этой встречи…

Еще хуже была Харриет, которой выпало в этом году заменить Хонорию, поскольку та, как новая леди Чаттерис, больше не была обязана выступать.

– Замужество или смерть – иного средства избежать концерта не было, – мрачно объяснила Сара Энн за день до того, когда та заехала узнать, как идут репетиции.

Энн не была уверена, чью смерть Сара имеет в виду. Когда Энн появилась в музыкальном салоне, Сара каким-то образом завладела смычком Харриет и размахивала им как мечом. Дейзи визжала, Айрис стонала, а Харриет ахала от восторга, записывая все происходящее, чтобы потом вставить в пьесу.