Они вбегали в штрафную вчетвером! Атаковать игрока, не владеющего мячом, нельзя. Толкайся плечом в плечо, подставляй спину, упирайся… А Кавани не толкается. Он проскользнул ужом между двумя нашими, выскочил, как чертик из шкатулки, из-за спин своих… И гол.

Кстати, Акинфеева тоже не поругаешь, он все правильно делал. И выходило странное: никто конкретно не ошибся, никто не налажал, а мяч — в наших воротах. И пять минут до конца таймы.

Только и эти пять минут сборная Уругвая атаковала, а наша оборонялась.

Свисток наши приняли, как лекарство от головной боли, даже я выдохнул с облегчением.

— Бекиевич! — донеся еще на подходе к раздевалке раздраженный голос Карпина. — Все равно уже проигрываем! Так какая разница, сколько они набьют, а? Пора менять тактику, пора менять схему.

Пока мы со своими собирались, перекидывались впечатлениями, пока дошли — тут уже тренеры вовсю свою линию давят.

— Валера, спокойнее, — это Кузьмич.

Главный наш всегда спокоен и улыбчив. Ему бы психологом работать… Хотя он и есть психолог.

Команда села. Все смотрели на доску и ждали объяснений.

— Ну что, нормально защищались, — резюмировал Валерий Кузьмич. — Как по мне — нормально. Провалов в обороне не наблюдал. Связки крайних защитников со своими центральными работали. Опорники подчищали и помогали. Вот только нападающие наши…

— А что сразу — нападающие? — возмутился Дзюба. — У меня уже, вон, волос на голове почти не осталось — всё мячами сбрили на этих угловых!

— А Дзюба у нас — мо-ло-дец. Так, Валерий Георгиевич? — Непомнящий улыбнулся добро.

— Молодец, молодец, — покивал Карпин. — Ну что, Курбан Бекиевич? Попробуем?

— Рули, — ответил тот и отсел от тренерского стола в угол, к игрокам.

К доске встал Карпин и стал показывать новую схему. Ну то есть она для нас не новая, она сегодня новая. Непомнящий изредка поправлял его и советовал со сменой игроков.

И получалось, что теперь мы будем играть в атаку. Схема стала такая: четверо в защите, двое четко в атаке — Смолов и Дзюба. Им сказали, что у них еще сил должно быть много. Смолов покривился в улыбке, промолчал. А Дзюба выступил:

— Вы мне только мяч дайте! Я забью!

— Забьешь, конечно забьешь… Вот мы сейчас центр поменяем чуток — и забьешь.

А в центре получился знаменитый ромб. Один опорник — Денисов. И это правильно. Он не пропустит никого. Две «восьмерки» — Зобнин с Оздоевым. И ложная «девятка». Человек под нападающими, который и сам нападающий. Кокорин.

Смотрел я на эту схему, и она мне нравилась."

"— А в воротах у нас сегодня дебютирует Саша. Игорь нормально отстоял. Мяч не по его вине. Пора и молодых проверять. Как, не дрожат коленки?

Коленки не дрожали. Акинфеев похлопал меня по плечу, поддержал.