Да и горький опыт научил более тщательно взвешивать свои решения.

Юзова может дать всё, о чём он раньше мечтал. И нет ничего проще, завязать с ней отношения. А что делать, если они... ну не сойдутся характерами? Не уживутся. Не сойдутся в интимном плане? Тогда пострадает ребёнок.

Кирилл не может этого допустить.

Можно сколько угодно рисковать собственной жизнью, но не жизнью и судьбой маленького, ни в чём неповинного человечка. Поэтому, вопрос: «что делать?», как никогда для Кирилла актуален. А рядом с раздражающим фактором в лице фиктивной супруги, думать не получается.

Кирилл повязал тёмно-серый галстук и собрался выходить, как в дверь номера постучали.

Никакого личного пространства и уединения.

Раздражённо распахнул дверь и замер.

Лия взволнованно поджимала губы, покусывала их, со скорбным и виноватым выражением лица.

Кирилл насторожился: «Не к добру...».

− Поговорим? - тихо спросила она.

Кирилл подозрительно прищурился.

− Опять? Кажется, мы давно обо всём поговорили, − попытался выйти из номера, но бывшая жена проявила чудеса сноровки.

Втолкала его внутрь и захлопнула дверь, выпалив:

− Я ошибалась! Ошибалась, ясно? - нервно дернула плечом и прошлась. Кирилл вопросительно выгнул бровь. - Осознала свою неправоту. Потеряла столько времени... Я люблю тебя, − прозвучало искренне. Убедительно. В груди что-то ёкнуло. Но непонятно от чего. От радости? От нахлынувшего сожаления? От жалости?

− Не надо... − тихо попросил Кирилл. - Давай не будем. Не сначала...

− Кирилл... − пылко прошептала Лия, прильнув к нему. Сама обняла, голову на грудь положила... − Прошу... Я такая глупая. Никто, ведь никто с тобой не сравнится, а я... Эгоистка. Но сейчас всё изменилось. Правда...

Кирилл стоял немым изваянием, отстранённо прислушиваясь к себе, к ощущениям. Свежий запах «зелёного яблока» не кружил голову, как раньше. Не дурманил. Прикосновения не вызвали дрожь. Конечно, он закаменел, столько времени прошло. Но с Лией всё может получиться, если она действительно одумалась. Её он знает вдоль и поперёк, все тёмные закоулки души. Предпочтения. С ней привычно. Не будет сюрпризов...

− Я согласна усыновить ребёнка... − ещё тише добавила она. На бледном лице проступил румянец. Не врёт. И, правда, готова.

Кирилл хотел что-то ответить, вроде: «Мне надо подумать...», но в кармане брюк завибрировал телефон.

− Извини, − бросил он и ушёл в спальню.

Сестра ругалась. Подумала причина его бегства в ней... Надо исправлять ситуацию. Она-то уж точно ни в чём не виновата. Но почему позвонила только сейчас?

− ... я терплю твои загоны только потому, что у меня выбора нет. Родственников не выбирают.

− Ты грубишь... − констатировал тихо и удивлённо.

− Да, грублю! Имею право, − окончательно взорвалась сестра. − Но Аня...