Испания считается родиной сидра. Тоже в коллекцию. Но чтобы не выглядеть алкоголиком в глазах Марии, испанцев, и своих собственных, приобрела статуэтку быка. Куда ж без быка?

А потом увидела гитару...

Настоящая испанская гитара.

Глубокое, качественное звучание и боковые стенки выполнены из кипариса...

Дорогой сувенир и Аня бы не решилась, не будь Марии рядом.

− Бери, − строго сказала она. - Это мой подарок вам на свадьбу. Не возьмёшь - обижусь.

Аня не вправе отказывать хорошему человеку, добровольно решившему расстаться с круглой суммой, да и обижать не хотелось.

И уже вечером таскала гитару за струны, ну ладно, ласково перебирала, с замиранием сердца. Трепетно. Не всякий мужчина так ласкает, как Аня гитару.

Мария с Киром молча слушали, благодарили взглядом и долго ещё прибывали в некой прострации, словно невинная музыка что-то пробуждала в их душах, заставляя задуматься.

Полторы недели пролетели: отдых приелся. Безделье тоже. Хотелось погрузиться в работу, почувствовать себя полезной, нужной. Частью целого мира. Общества.

Аня уже собралась звонить супругу, отчитать его за халатность: как можно было бросить такого ценного сотрудника - жену по совместительству, как снова стала невольным свидетелем телефонного разговора.

− ... я знаю, что тебе невыносимо находится в моём доме, − голос Марии звучал, подобно стали. - Видеть чужое счастье - мучительно больно... Я не язвлю! Разве причина не в этом? Сначала я вышла замуж, потом родился Алекс, и от тебя и след простыл. Перестал появляться. Не сваливай на работу! - холодный голос, срывался на крик, и снова угасал.

Аня поежилась, ощущая, как пылают щеки.

− Слушай,... − мучительно тяжело выдохнула она. - Я терплю твои загоны только потому, что у меня выбора нет. Родственников не выбирают. Да, грублю! Имею право. Но Аня... Замечательная, самодостаточная женщина и у неё, кроме чувств, нет причин терпеть тебя. Поверь, ей не нужны ни твои деньги, ни твоё положение в обществе... Я вообще, если честно, мало представляю, что её привлекло в тебе, что удерживает. Но если ты не изменишь поведение, не переключишь рубильник в своей голове, однажды ты её потеряешь. Не так, как Адлер...

Дальше Аня не стала слушать.

А утром следующего дня сильно удивилась.

Она, как всегда, встречала рассвет попой к верху, рядом носились лабрадоры, разыгравшись. Солнышко только выглядывало из-за горизонта, ласково согревая.

Она не почувствовала приближение...

− И на мостик можешь? - раздался слегка насмешливый голос, заставить вздрогнуть.

Аня неловко повернулась и растянулась на песке. Собаки тут же подскочили, решив, что это игра. Вилли нежно потянул за волосы, Майки полез лизаться в лицо...

Аня, смеясь, свернулась клубком, пытаясь таким образом защититься.

− Вилли. Майки.