Подолгу говорил с ней, и казалось, Апельсиныч все понимает и сочувствует хозяину.

Однажды Федору Федоровичу приснился сон. Как минимум странный. Они с Ильей идут ночью по незнакомому городу, кругом все красиво освещено, они о чем-то мирно беседуют, и вдруг Илья говорит:

– Смотри, Федя, проститутки! Замерзли, бедные, может, снимем, согреем? А?

– Можно, – отвечает Федор Федорович.

Они подходят к девушкам, и вдруг Федор Федорович видит, что одна из них – Ираида. Но она его не узнает и говорит эдак нагло: «Что, мальчики, горяченького захотелось? Так это мы мигом!»

Федор Федорович проснулся в холодном поту.

Что этот сон значит? Его вдруг охватила тоска, он вспомнил сумасшедшие ласки Ираиды, ее горячечный шепот, восторженные стоны. Но тут же вспомнилось и то, как она говорила ему, что с наслаждением будет встречаться с ним тайно, а жить будет с другим… И чем не проститутка? Обидно, конечно, однако, если согласиться с таким ее условием, то что ж, почему бы и не воспользоваться им? Цинизм в таких делах не был ему присущ, но ведь она сама…

Он проглядел свой рабочий график, решил, что вполне может на сутки махнуть в Питер, снять номер в хорошем отеле, оттрахать ее как следует, и пусть гуляет… Эта мысль ему понравилась, вот только как лучше все это устроить – позвонить ей заранее или уже из Питера? Нет, надо заранее, вернее будет.

И, вернувшись с вечерней прогулки с Апельсинычем, Федор Федорович позвонил ей на мобильный. Телефон был выключен. Скорее всего, у нее спектакль. Звонить на домашний не хотелось. Ничего, включит мобильник и увидит, что я звонил, может и перезвонить… В самом деле она через час перезвонила.

– Алло, Феденька! Я думала, ты уже никогда не позвонишь! Я так рада… так рада… Ты в Питере?

– Нет, пока в Москве, но в субботу буду в Питере на сутки. Может, повидаемся?

– Да, да, конечно, обязательно! Я так хочу тебя видеть!

– А в котором часу тебе удобно?

– У меня в субботу только вечерний спектакль, а репетиции нет.

Тогда, может, встретимся часов в двенадцать, в час? Ты как?

– Хорошо, тогда приходи в гостиницу «Гельвеция» в двенадцать. Буду ждать тебя внизу. Годится?

– Конечно, годится, Феденька! Я так по тебе тосковала!

Ну вот зачем эти нежности, эти пустые слова? Сама же все расставила по своим местам.