Настоящее имя этого человека я спрашивать не стал, будет-таки мультяшной жирной мышью, мне так гораздо проще запомнить.

— Вот здесь у нас стол заказов, здесь сами заказы, — трактирщик указал на тетрадку. — Берешь сумку, смотришь заказ — и вперед.

— Посерьезнее работенка есть, чем бегунком? — уточнил я.

— Есть то есть, а ты умеешь что?

Лившиц подумал над ответом, облокотился о стойку и подмигнул:

— Вот и посмотрим, как ты с работенкой справишься, а там может что поинтереснее найдется.

— У матросов нет вопросов, — я глянул в тетрадку, взял одну из сумок, сунул в нее бутылки самогона сразу на несколько адресов, да и направился к выходу.

— Погоди, родной, ты мне свой пиджачок оставь, — улыбнулся трактирщик. — Как залог, а то было немало таких, кто самогонку захапает, а потом ее всю усосет, не доходя до заказчика.

— А ты мне что взамен?

— Молодой вроде, а рассуждаешь, как мой бывший племяш, — улыбочка медленно сошла с его лица.

— Разве племяши бывают бывшие?

— Бывают, — холодно ответил трактирщик, но больше про пиджак спрашивать не стал.

Я взял сумку с самогоном и отправился на первый указанный в заказе адрес.

Раз надо товарищу посмотреть, пусть посмотрит, а там гляди до чего более весомого договоримся.

Бутылки заказанной самогонки весело и мелодично позвякивали в авоське, заставляя прохожих оборачиваться на меня. Звон «алкашки» не перепутаешь ни с чем, поэтому я ловил на себе любопытствующие взгляды горожан.. Причем смотрели по-разному — мужики, как правило, вожделенно сглатывали, а женщины закатывали глаза, цокали и ускоряли шаг. В царской России, а теперь и в России советской пили много, это я еще с уроков истории знал. Клиентов у Лифшица было хоть отбавляй.

В РСФСР образца 1920-го не существовало закона (прежние буржуазные порядки были отменены, а новые кодексы принять не успели), но работу свою трактирщик не афишировал. В общем, не уверен, что доставка самогона — штука законная. В крайнем случае скажу, что всё, что не запрещено — разрешено.

В отличие от курьера образца 21-го века, у меня не было навигатора с картой города, поэтому нужные адреса пришлось искать по старинке. Я спрашивал у прохожих, как пройти до нужного дома, и после очередного ответа убеждался, что люди в Ростове совсем не отличаются дружелюбностью.

Отвечали мне неохотно, через губу, а чаще всего вовсе шарахались. Жизнь у горожан, успевших натерпеться за несколько последних лет, была не сахарной. Нравы царили суровые, и никто лишний раз не стремился заводить диалогов. Боялись люди... и правильно делали.

Дом по первому адресу располагался через пару кварталов от улицы Соборной. Для того, чтобы найти его, пришлось немного поплутать. Тем более, что очень многие, кого я спрашивал, вообще не знали ни названий улиц, ни, тем более номеров, домов.