Собственно, у истоков королевства стоят четыре сильнейших рода, но де Лирри самоустранились, а у Станна Третьего наследник – бездарь. То есть по закону не может наследовать трон. Правда, есть ещё младший брат короля, у которого вполне себе одарённые сыновья, но Круазье решили, что так не годится. Незачем уходить на боковую ветвь, наследование должно идти по старшей линии.

И если герцог  Д’Аламос женится на маркизе де Круазье, то их старший сын будет самым главным претендентом на трон. А  любящие родственники со стороны Дианы ему помогут управлять королевством.

И что для этого надо?

Правильно – сначала убедить дочь и внучку, что ей нужен именно Арман.

Вызвать у Дианы влюблённость к герцогу  трудности не составило –два герцогских волоска, грамотно составленное любовное зелье, и девушка уже жить без  Армана не может.

Трудности возникли с женихом – чтобы произвести внушение и привязать герцога к маркизе, королевскому менталисту  надо было встретиться с герцогом лично. Но Арман оказался неуловимым, появляясь в столице редкими и короткими набегами.

Но что-то Круазье всё-таки успел,  правда, как впоследствии оказалось, вышло криво – вместо притяжения к дочери маркиза, герцог привязался к жене младшего брата.  К счастью, не так сильно, как было бы, подействуй внушение в полную силу, но достаточно, чтобы осложнить заговорщикам жизнь.

Громом среди ясного неба грянуло известие о скорой свадьбе герцога с графиней де Вилье. Якобы  о помолвке детей договорились родители жениха и невесты.

Герцог де Круазье рвал и метал, но сделать ничего не мог, а вредить потенциальному родоначальнику новой династии  ему не хотелось. Вот когда внучка родит сына, тогда можно будет и... Если, конечно, Диана разочаруется в супруге и пожелает его сменить. А пока деду пришлось успокаивать рыдающую в три ручья девушку и заодно пытаться придумать, как устранить  очередное препятствие.

Узнав,  какую модистку невеста регулярно посещает для примерок, Круазье вывернулся наизнанку, но смог подкараулить графиню возле мастерской швеи. Магическое лишение невинности – вот что он устроил девице. Она и понять ничего не успела – мгновенная боль, и тут же спасительная потеря сознания. Пять минут  жизни графини исчезли из её памяти и памяти служанки и модистки: они были уверены, что всё время занимались подгонкой платья. Герцог втянул девушку под полог, затем вернул обратно и растворился в портале. А потом, потирая руки, ждал скандала. Увы,  всё опять пошло не по плану: вместо того, чтобы с позором выгнать графиню и аннулировать брак, герцог почему-то скрыл от всех позорный факт.

Теперь уже вместе с отцом рвал и метал   маркиз – слёзы дочери выводили его из себя.