Найдут не сразу, если даже станут искать, – поддержала я идею.

– Выйдем здесь. – Картинка в очередной раз изменилась, показав незнакомое место. – Вон та дверь ведет в кабинет императора и смежные с ним помещения, а также к Сердцу источника – залу, где возможен прямой контакт.

Она ненадолго замолчала, совершая какие-то манипуляции.

– Готово! Поторопимся.

– Эсмиа, как ты себя чувствуешь? – спросила, когда вновь подходили к покоям, где мужчины оставили нас дожидаться своих.

Сияющая побледнела, фиолетовые глаза запали. Похоже, нехитрые с виду манипуляции отняли у нее больше сил, чем казалось.

– Скоро буду в норме.

– Идти можешь? Голова не кружится?

Она кивнула, но я не слишком-то поверила. Ухватив сияющую под руку, принялась потихоньку ее подпитывать. Энергия жизни не конфликтует со световой, в отличие от энергии теней. Нелегко световикам приходится во дворце – в такой близости к теневому источнику на любые магические манипуляции требуется тратить втрое больше сил, чем обычно.

– Спасибо. – Эсмиа искренне поблагодарила. – Я планировала пойти с тобой, но, кажется, стоит остаться и прилечь. Теперь я, скорее, обуза.

Прежде чем покинуть ее, наскоро проверила покои, убедившись, что здесь по-прежнему никого нет.

– Запрись как следует и жди наших.

Попрощавшись с сияющей и обняв ее на прощанье, поспешила за Райдом и Вердом. С каждым шагом сердце колотилось все быстрей, точно призывая и меня ускориться. Все три портала оказались теневыми, но только один работал. Сглотнув, вознесла мольбу Великой Матери и активировала код доступа, что дала мне Эсмиа. Вопреки опасениям, попала туда, куда собиралась.

Просторный, строго оформленный холл в светлых тонах. И снова – никакого намека на охрану. Всего две одинаковые двустворчатые двери, но из-за одной доносится приглушенный шум. А еще я ощутила близость Райда.

Несколько раз глубоко вздохнула, разгоняя кровь и одновременно активируя все звериные способности, какие могли помочь выжить. Запахи стали отчетливей, звуки – громче, угол зрения – шире. Вдоль позвоночника прокатилась волна нетерпеливого зуда, волчица внутри зарычала, требуя немедленного единения. Отозвалась: «Не время», – и распахнула двери.

В кабинете царил погром. Сорванные с окон портьеры, светлый пол перепачкан кровавыми мазками, будто кто-то кого-то тащил. Вперемешку с осколками разбитых бюстов валялись чистые листы бумаги и какие-то документы. Сломанная мебель, опрокинутое деревце в разбитом вазоне… Довершали зловещую картину несколько тел в ливреях.

Следующие двери выглядели так, будто их вышибли тараном: расщепленная древесина, вырванные косяки, каменное крошево.