Использовались всякой нестроевщиной типа похоронных и трофейных команд. Нарваться на такой девайс в здешнем Львове все равно, что выиграть в Спортлото…

Все это было любопытно и весьма умеряло неизбежный мандраж перед стартом, но в сон несознательного переводчика тянуло уже попросту неумолимо. Марчук тоже потер глаза:

– Всё, ховайте цацки. Вам, в конце концов, виднее, вы опытные. Давайте двигаться. А то очнется наш саквояж поганый…

Чипы, сосредоточиться на картине периметра полевой-стартовой… Пошли…

Сидели под навесом портика, шпиль-ориентир торчал на виду, погода, правда, подкачала – опять дождик капал.

И безделье ожидания угнетало. Катрин нашинковала яблоко помельче, но ел больной парень медленно, оставляя на мякоти розовые следы. М-да, с деснами у него паршиво и зубов некомплект. Тяжковато человеку будет. Если будет. Леди-сержанту приходилось умирающих видеть. Примерно так они и выглядят…

Катрин посоветовала:

– Ты осторожно. С голодухи вообще-то не рекомендуется, но ведь витамины. Как в целом-то?

– Хорошо, – прошептал Грабчак.

Держится человек. Это он молодец. Быстрей бы домой. Если бы знали, что так будет поджимать, можно было время рандеву поближе сдвинуть.

Связь… Что-то нужно с ней делать. У Попутного формируется коммуникационный центр, но там сложно: сам полковник пока на полулегальном положении, и афишировать активность центра преждевременно. Фельдъегеря Эльдорадо точны и бесстрашны, но они именно курьеры, принимать оперативные решения не могут. По объективным причинам, но тем не менее… По иным направлениям ситуация со связью еще сложнее, на местах сидят консулы без опыта, без общего понимания складывающейся обстановки. Да и посыльные с пакетами оттуда такие заявляются, что вздрогнешь.

Хаос и броуновское движение. Тьфу, сейчас спецслужбы и дипломатия слились в этаком экстазе, что…

Все меняется пугающе скоротечно. Прыгают-мечутся по временам люди и нелюди, артачась и брыкаясь, скачет само напуганное время. Колбы песочных замковых часов исправно пустеют и наполняются, но это блеф и иллюзия. Понять и осознать общую ситуацию невозможно: непременно видишь еще этаж, еще слой или тысячу слоев… Торт-наполеон, липкий, крошащийся, бесконечный. И единственное, что спасает, – уцепиться за надежное: за друзей и родных, за свою землю, за надежные стены и оружие.

По сути, смешные и хрупкие якоря, но иных нет и не будет. Демоны его знают, может, и всегда так было? Если не суетиться, если смотреть строго из своего окна – мир вполне стабилен…

Старый Мир накрывает, захлестывает волна. Отдел сделает все что может, и тупоголовая «Horfkucuck» сгинет. Ее раздавят в Пилау или Фишхаузене – вектор не ясен, пока равновероятны оба варианта. Шаг за шагом, цепь скоротечных операций, победа будет за нами.