Успешная карьера, гулянки, девочки – жил, кайфовал, никого не трогал. И вдруг на тебе – 1939 год. Получите, распишитесь!Я оказался в прошлом родного деда, о котором раньше ни черта не слышал. Секретная школа НКВД, нелегальная работа на благо Советского Союза  и война, о которой мне известно больше, чем кому-либо. Что это: шанс изменить прошлое и спасти миллионы людей или верная гибель?Сейчас я – разведчик в самом сердце Третьего Рейха и от меня зависит будущее. Ну ладно... Будем работать с тем, что есть.

Финляндия, Хельсинки, март 1939 г

Старое трёхэтажное здание, находившееся на углу улиц Фредрикинкати и Ратакату, в Хельсинки знал каждый добропорядочный гражданин. Впрочем, надо признать, недобропорядочные граждане знали его еще лучше. У них при виде этого здания невольно начинался нервный тик и возникало ощущение паники, поэтому они старались обходить его стороной.

Серый дом из крупного камня, как уверяют знатоки, был выстроен в стиле классицизма, а это серьезная заявка на звание местной достопримечательности. Опять же, по мнению всяких умников.

Возможно и так. Однако столь широкая известность этого мрачного дома точно крылась не в исторической ценности и даже не в угнетающем внешнем виде.

С 1920 года здесь находилось финское ведомство государственной безопасности. И ладно бы только оно. В этом же доме квартировала Центральная сыскная полиция. Тут уже заявочка посерьезнее будет.

А еще, раньше, много лет назад, в здании располагалось жандармское управление Российской Империи. Наверное, именно поэтому нынешние сотрудники ведомства между собой именовали свое учреждение по-русски «охранкой» или говорили попросту «лавка». Тоже по-русски. Привычка, чтоб ее.

Не смотря на то, что теперь Финляндия считалась свободной, самостоятельной страной, русского в ней осталось слишком много. Да и русских, честно говоря, до черта.

Впрочем, не стоит преуменьшать значение данного здания и ограничиваться рамками столицы. Этот дом знал каждый гражданин Финляндии. Знал и старался обходить стороной. Мало радости оказаться в «гостях» у тайной сыскной полиции. Еще меньше радости встретиться с ее начальником — Эско Риекки.

Этот средних лет господин на первый взгляд производил впечатление спокойного, слегка меланхоличного человека. Он никогда не повышал голос на подчинённых. Говорил тихо, не торопясь, будто обдумывал каждое слово. И уж тем более, никогда не повышал голос на тех, с кем ему приходилось сталкиваться, благодаря специфике своей службы.

Однако, стоило жуликам, ворам, фальшивомонетчикам или другой какой шушере услышать имя Эско Риекки, одна их половина сразу превращалась в глухонемых, а вторая всерьез задумывалась о своем не самом законопослушном образе жизни.