Мол, что ж тут непонятного — развлекаюсь!

— Вторая тоже здесь? — уточнила я на всякий случай, хоть и не сомневалась в ответе.

Отвечать — по крайней мере, вслух, — мне и не стали. Вместо этого девочка упала животом на пол и, прижавшись к тому же полу щекой, посмотрела в противоположную от меня сторону. А когда обернулась ко мне, улыбка ее стала еще шкодливее.

Я окончательно сползла со стула, упав на колени, и тоже прижалась щекой к полу под столом. Где-то надо мной кто-то закашлялся, но мне было не до того: в узкую щель между полом и краем скатерти можно было видеть не только ноги гостей и прислуги. Под вторым «рукавом» П-образного стола тоже кто-то полз. Да что там — кто-то! Ясно, кто. Причем заметить это можно было только в такой вот экстравагантной позе.

Ой-ой… и вот что мне делать? Наверное, по-хорошему стоило бы сообщить о мелких партизанках… ну, хотя бы одному из их старших братьев, который как раз очень удачно сидит рядом со мной. Или лакею, который так услужливо вьется вокруг. Тогда явятся няньки, слуги полезут под стол, гости переполошатся… а девочки, вполне возможно, еще и скандал устроят. В любом случае, выйдет шумно и некрасиво. И совсем не пойдет на пользу репутации наорской королевской семьи.

Или хотя бы как-то шикнуть на Агнессу и попытаться ее усовестить. Да еще так внушительно, чтобы она и свою сестру убедила немедленно вернуться в детскую.

…Мда, безнадежно. Что-то сильно сомневаюсь, что мой авторитет у маленьких принцесс настолько велик.

Тем временем та из сестренок, что оставалась рядом, извлекла откуда-то из складок своего платья белое перышко — и пощекотала им стоящую прямо перед ней ногу в серебристой туфельке на небольшом каблучке.

Ногу олменской принцессы Зулы!

Несколько секунд ничего не происходило.

А потом под стол опустилась рука в шелковом бледно-розовом рукаве колокольчиком и почесала ногу.

Длилось это тоже не больше пары секунд, вряд ли кто-то из соседей Зулы что-то успел заметить. Зато этого вполне хватило Агнессе. Девочка сделала мгновенный бросок — и вылетевший из ее кулака крупный жук приземлился на руку и тут же скользнул в рукав Зулы.

А… в конце концов, почему я должна что-то делать? Мне вообще-то эти олменские гостьи тоже не очень-то нравятся. А у Агнессы с Ингердой наверняка немалый опыт — смогли же они просочиться на банкет так, что никто этого не заметил! Вполне возможно, что смогут так же незаметно и ускользнуть обратно. Сделав свое черное дело, само собой, кто я такая, чтобы им мешать!

Кашель надо мной усилился, перейдя в хоровой, и я вдруг осознала, что уже несколько минут стою на коленях перед своим стулом.