Я просто уверена, что он приедет домой наказать меня за глупость, за предательство и воровство. Я в этом не сомневаюсь.

Страшно ли мне?

Не знаю…

Впервые ничего не испытываю.

Ни одной эмоции нет.

Слез тоже нет…

Я бы и рада порыдать навзрыд, жалея себя. Вытеснить эту внутреннюю пустоту, но не могу.

Я сижу в спальне на подоконнике возле открытого окна, кутаюсь в кофту и смотрю в темнённое небо. Несколько часов назад звонила мама, я не ответила. Не хочу. Мне нечего ей сказать. Хотя очень хочется с кем-нибудь поговорить, рассказать, какая я идиотка. У меня даже подруг нет. В детстве были. Но они остались все в школе. В университете я жила родителями, учебой и Димой.

Эмин приезжает в первом часу. Я вижу, как машина мужа останавливается возле входа. Не прячусь и не убегаю, просто смотрю, как мой муж выходит из машины и проходит в дом. Закрываю глаза. Не страшно… Наверное, потому что все самое плохое уже произошло. Пусть убьет меня. Так даже легче. Но пусть сделает это быстро.

Глава 19

Эмин

Я не кровожаден. Но считаю, что кара должна настигнуть каждого. Иначе деграданты, вроде Димы, ничего не осознают. Ждать кары небесной долго, а у меня нет столько времени. Все, что он взял, – копейки. Но эти деньги я заработал сам, и они не достались мне легко. Мой отец отдавал за них свою жизнь до тех пор, пока не получил инфаркт. Так почему я должен прощать молокососа, который решил на мне нажиться посредством моей глупой жены?

И вот он сидит в кресле и смотрит на меня, как бешеный пес, готовый вцепиться в глотку в любую секунду. Забавно. Силы в этой бродячей собачке много, ума нет от слова совсем.

— Я верну все, что взял, — с гонором заявляет он мне. Молодость и наглость делает его слепым. Он еще не понимает, куда вляпался в погоне за халявой.

— Конечно, вернёшь, все в пятикратном размере, — ухмыляюсь, прикуривая сигарету. Мы в комнате одни, Тимур за дверью. Я справлюсь сам и не таких ублюдков усмирял. То, что меня сопровождает охрана, еще не говорит о моей беспомощности. — Даю тебе неделю. Каждый последующий день просрочки увеличивает твой долг на сто процентов.

— А ты не охренел?! — он сплевывает кровь прямо на пол к моим ногам, соскакивая с кресла, подаваясь ко мне вплотную. Не дергаюсь, расслабленно смотрю уроду в глаза. Дурной силы в нем много, и я в курсе, что парень занимается самбо. Только борец из него посредственный, достижений мало, и все на уровне районных чемпионатов. — Лишнего на меня вешать не нужно, не в то время живем, — уже более борзо заявляет он мне.

Затягиваюсь сигаретой и выпускаю ублюдку дым в лицо. Немного отклоняюсь и со всей силы бью головой ему в переносицу, дезертируя. От неожиданности он летит назад в кресло, скуля, хватаясь за уже дважды разбитый нос. В комнату залетает Тимур. Отсылаю его взмахом руки.