Исольда, Оладан, а потом и граф Брасс с испугом наблюдали за происходящим. Наконец Хокмун зашевелился и открыл глаза.

— Камень… — пробормотал он. — Мне приснилось, что он снова пожирает мой мозг…

— Так и будет, если мы в ближайшее время не найдем средство его нейтрализовать, — проговорил Богенталь. — Сила его пока исчезла, но я не знаю, когда, где и как она может вернуться.

Хокмун с огромным трудом поднялся. Он был бледен и едва стоял на ногах.

— Тогда мы должны немедленно отправиться дольше — к Лондре, пока у нас есть время. Если оно, конечно, есть…

— Да, если есть время…

Когда шестеро всадников въехали на вершину холма во главе своей кавалерии, они увидели, что войска Мелиадуса построились перед главными воротами Лондры и ждут армию Камарга.

Хокмун, морщась от страшной боли, нащупал Амулет. Дориан знал, что теперь только Амулет сохранял ему жизнь, помогая бороться с силой Черного Камня. Этот Камень питала энергией машина, которой управлял Калан, находившийся, как слышал Хокмун, где-то в Лондре. А значит, чтобы добраться до Калана, Дориан должен был взять город и разбить многочисленное войско.

Хокмун вытащил из ножен Меч Зари и, не колеблясь ни секунды, подал сигнал к атаке. Он знал, что медлить нельзя, ибо каждая секунда могла стоить жизни ему и его друзьям.

Кавалерия Камарга поднялась на холм и атаковала войско, намного превосходившее ее по численности.

Гранбретанцы встретили их огненными копьями, и нападавшие открыли ответный огонь. Хокмун, сочтя момент наиболее подходящим, крикнул.

— Легион Зари! Я вызываю Легион Зари!

Его череп пронзила боль, и он застонал, ощутив жар Камня во лбу.

Исольду охватило беспокойство. Она только успела спросить:

— Что с тобой, любовь моя?

Но ответить ее любимый не смог.

Они оказались в гуще битвы. Глаза Хокмуна остекленели: он с трудом различал силуэты вражеских солдат и не мог определить, появились ли воины Зари.

Но Легион все-таки вступил в бой, освещая себе путь среди массы дерущихся особым розовым светом. Дориан вдруг почувствовал, что его наполняет энергия Алого Амулета, нейтрализующая Черный Камень. Он ощутил, что к нему вновь возвращаются силы.

Теперь Хокмун беспощадно разил воинов в масках Стервятника, сражающихся палицами с рукоятками и набалдашниками, похожими на растопыренные лапы с длинными когтями. Вот Дориан отразил удар и нанес ответный: его громадный меч прорубил панцирь воина и вошел тому прямо в грудь. Хокмун откинулся в седле, чтобы уклониться от вражеской палицы, и проткнул ее владельца, угодив тому прямо в пах.

Воины сражались словно в горячке. Воздух вокруг был пропитан страхом.