Уколоть хотелось так, чтобы забыл как дышать. Так, он забыл! Ты хоть это понимаешь? Что нельзя… нельзя пользоваться чужой зависимостью, как бы этого тебе не хотелось!

Глянул, но злиться не получалось. На неё злиться не получалось!

– Вы стоите друг друга, Лора. «От» и «до» стоите! На нервах играете, желая забрать всё то, что дорого, что имеет значение. Любящий человек так не поступит. А вы никого не любите, кроме друг друга. Только любовь ваша разрушает. Потому что делает слабыми и от неё хочется поскорее избавиться, а не получается! Ни у него, ни у тебя не получается! Могли бы разбежаться, давно бы разбежались, только как магнитом друг к другу тянет.

Почему так? Почему иногда не включить мозги и не отступить? Ты ведь женщина. Ты умнее. Ты приручила. Таким его видеть хочешь? Чтобы на коленях перед тобой стоял?

А она нервничала. Видно было. Часто дышала. Несколько раз практически незаметно дёрнула правой рукой, проверяя на прочность фиксаторы. Ослаблено закрыла глаза, когда ничего не вышло.

– Это всего на пару дней. Ильдар настоял. Я же вижу, что больше ничего подобного не выкинешь. Только вот всё в толк никак не возьму, неужели… неужели доказать ему что-то было дороже собственной жизни? – Склонился ещё ближе едва ли не нос в нос сталкиваясь.

 – Я смотрел запись из твоей палаты. – Проговорил доверительным шёпотом, точно секрет выдавал. – Я видел то, что видел он. – Зажмурился, очередной раз пропуская всё сквозь себя. – Это ведь не концерт был, да? Ты не зрителя искала, не спасителя. Ты хотела, чтобы он всю оставшуюся жизнь винил себя в этом! В том, чего не случилось! Чего ещё? Чтобы понял, что ради тебя всё? Чтобы следом отправился?

Лора медленно и очень осторожно покачала головой.

– Нет? А что тогда?!

– Ничего. – Пересилила боль, неразрывно связанную с напряжением, и всё же прошептала. – Сам изуродовал, сам и любить будет. А понимать тут нечего…

И отвернулась, ставя в известность о том, что разговор подошёл к концу.

– Я ведь не обвиняю, Лора. И понять… наверно ты права, понять невозможно. Сам не знаю, чего хочу. Может, банального счастья для вас двоих? Или не банального. Ведь просто у вас быть не может, так? – Пригладил ладонь и удержал, когда Лора стряхнуть прикосновение попыталась.

 – Он изменился. Нет больше той нечеловеческой жестокости к своим близким, что раньше была. Я не только про Нику, Марата… Сначала думал, постарел Ильдар, и только теперь понимаю, что ты его меняешь в лучшую сторону. Как необходимость давно. Незаменимая. Чего ещё хочешь? Ведь больше самого себя любит.

Пригладил короткие волосы и понял, когда заплакала. Прижался щекой к её лбу, пытаясь успокоить.

– Тише, тише… Тебе нельзя. Не сейчас, потерпи, потерпи немного. – Мягко приговаривал. – И не предавал он.