Сомневаюсь, что у Зейда с его графиком работы будет время ездить туда.

Я ничего не понимала, а у Амирхана расспрашивать было неловко.

- Извините, а могу я поговорить с Зейдом?

- Сеньор Хегазу свяжется сам. – Мужчина изменился в лице, по его выражению я поняла, что ему самому не ловко говорить на эту тему. Заметив слёзы в моих глазах, он сказал очень тихо: - Сеньора, после вашей выходки он очень зол, Вам стоит потерпеть и поговорить потом самой с ним.

Память молчала, и я не понимала, что произошло.

Загородный дом обещал быть прекрасным, но пока тут всё было в процессе постройки. Большая часть дома была не готова и в ней шли ремонтные работы.

- Вы будете жить в готовой части дома. Тут есть комната, санузел и выход в сад. Ну пока, тут просто беседка. В ближайшие дни привезут газон и деревья. – Амирхан показывал мне моё новое жилище. – Все ваши вещи уже в доме. Кухня не готова, поэтому еду и продукты Вам будут привозить и ресторана и с рынка.

- Я могу сама доходить, тем более здесь особо нечего делать.

- Сеньор Хегазу был против, чтобы Вы выходили за пределы дома.

Очередной звоночек. Я из последних сил держалась, чтобы не разреветься.

- А что я тогда буду тут делать? – Вопрос был не к Амирхану, но с губ слетел сам собой.

- Обсудите это с ним? – Мужчина отвернулся, стараясь не смотреть мне в глаза.

Чувствовалось, что он жалеет меня.

- Вы не знаете, когда он приедет?

- Он не уведомлял меня об этом.

Зейд посадил меня в своеобразную тюрьму, закрыл в ней и превратил заложницу. Амирхан сказал, что он злится на мою выходку, но я не помнила часть вечера и не знала на что именно так зол Карабинер.

На то, что я оказалась под наркотой? Как кстати это произошло?

На моё бесплодие? Или на то, что сбежала?

Вопросов было очень много, а ответов не было практически вообще. Оставалось ждать Карабинера и надеяться, что время размягчит его.

В доме было невыносимо скучно. Я ходила из угла в угол и ждала появления Зейда. Казалось, что ещё чуть-чуть и я начну делать зарубки на стене, пытаясь посчитать сколько времени я здесь. Было грустно. Одиноко.

Чем больше я была наедине с собой, тем сильнее загонялась на почве бесплодия и теряла себя.

В один из вечеров я просто поняла, что Зейд приехал. Почувствовала его присутствие. Стало тяжело дышать и волнение заставило сердце биться чаще. Я встала с кровати и подошла к террасе, вышла на улицу и заметила свечение фар от его машины.

Сердце сжалось в раненый комок.

Неделя. Я сидела тут неделю в ожидании его милости.

Карабинер был в строгом костюме, я впервые видела его в белоснежной рубашке. Она оттеняла бронзовую кожу, делая его ещё более красивым.

Мужчина неторопливо обошёл недавно посаженные кусты и подошёл ко мне, оглядел с головы до ног. Выглядела я неопрятно в растянутой футболке и шортах до колена.