Обычно единственной возможностью выступить перед аудиторией были званые вечера, на которых гостей просили сыграть, чтобы скоротать время после ужина, перед сном, и бо́льшая часть собравшихся в комнате лишь притворялась, что слушает, а на самом деле либо дремала, выпив лишнего, либо замышляла постельные эскапады.

– Мама, музыка ведь еще не закончилась? – Раскрасневшаяся и слегка недовольная девочка подошла к ним в компании двух мальчиков-близнецов помладше.

– Мы хотим еще потанцевать! – добавил один из них.

Нэйт улыбнулся. Их танцы были похожи скорее на прыжки и кружение, зато музыкой все трое очевидно наслаждались.

– Лорд Хэйвуд и мистер Линден отдыхают, дети. – Миссис Хаттинг с надеждой посмотрела на музыкантов. – Вы не могли бы продолжить, скажем, через полчаса?

– Конечно. – Линден рассмеялся. – Конечно смогу. Но не знаю, что скажет этот молодой человек. Лондонские лорды, должно быть, слабее нас, сельских фермеров.

– Ха! – улыбнулся на это Нэйт. – Я могу продержаться дольше вас, сэр, даже если вы вознамеритесь играть до утра.

– Это мы еще проверим.

Миссис Хаттинг отвернулась, чтобы дать указания одному из слуг и ответить на вопрос какого-то почтенного джентльмена.

Она, наверное, расслышала только часть их разговора, потому что, повернувшись, заговорила с легким беспокойством:

– О, нет, нет, я не прошу никого из вас играть всю ночь. Я… Ох… – Миссис Хаттинг оглянулась на своего мужа, который строил ей отчаянные гримасы, намекая на то, что нуждается в спасении. Учитывая то, что при этом он говорил с леди Пенланд и ее дочерью, леди Апплтон, помощь ему действительно была необходима.

Если Нэйт не ошибался, лорд Пенланд приходился викарию старшим братом, но родственная связь с Пенландами в данной ситуации мало чем могла помочь.

Скорее она усугубляла проблему.

– Прошу меня простить. – Миссис Хаттинг заторопилась прочь.

– Богатые родственнички викария редко приезжают к нам сюда, – сказал он, идя вместе с Нэйтом, чтобы налить себе эля. – Богом клянусь, я думал, что все лондонские богачи такие же, пока не встретил вас и ваших друзей.

– И это правда. Нэйт у нас просто лучший из лучших, – сказал Алекс, появляясь слева от маркиза и хлопая его по плечу.

– Это точно. Мистер Хэйвуд – лучший пианист из всех, с кем я имел удовольствие играть… – Линден хлопнул себя по колену и расхохотался. – Впрочем, на этой проклятой штуке у нас играл только Лантли, местный учитель музыки, так что не слишком-то гордитесь, милорд.

Линден взял пинту эля, тарелку и отошел, чтобы поговорить со знакомыми.

Нэйт снова оглядел комнату. И опять не нашел кузена.

Алекс пожал плечами.

– Кажется, вышел наружу. Вот, держи эль. Котлетки из лобстеров очень хороши.