— Я все еще не услышал ответа: кого вы отправили за ней?

— Тебе не удастся вмешаться на этот раз… — на местном языке прохрипел раненый демон. Да, спасибо Яну, я теперь многие языки понимаю. — Ты можешь убить меня, но уже ничего не изменишь. Это не под силу даже такому, как ты. И за то, что уже сотворил, ты поплатишься… тебе не простят…

— Как хорошо, что я не собирался просить прощения… — устало прокомментировал Доминик. — Я ведь хотел по-хорошему, — едва ли не с детской обидой протянул он, а после вновь вздохнул. — Ну, да ладно… придется это пережить.

— Ты ничего не изменишь. Вы обречены… — зло прошипел его оппонент… но прервался на хрип, от которого у меня кровь застыла в жилах, а после послышался плеск и шмякающий звук прежде, чем все не завершилось характерным ударом об пол уже большого и тяжелого тела.

Уже понимая, что делать этого не стоит, я не смогла удержаться и выглянула из-за плеча Яна всего одним глазом, чтобы проверить достоверность своей догадки, и судорожно сглотнула, едва не согнувшись пополам. Крепко зажмурилась, стараясь развидеть картину бездыханного тела с распоротым торсом от горла до паха и вываленными внутренностями, над которым стоял все тот же мужчина в человеческом обличье и брезгливо стряхивал с левой ладони свежие капли крови и куски плоти.

— Фу, — выдал он в конечном итоге и недовольно добавил: — Замарался чутка… отмывать теперь все… — с уклоном в философию протянул он, но уже через секунду оживился, словно ему пообещали леденец: — Хорошо, что не мне! Дэм! — радостно завопил он, а я поняла, что сбежать мы не успеем и тихонько пискнула. — Сколько лет, сколько зим! — заголосил он счастливо. — И, правда, сколько? — внезапно задался он вопросом, но быстро отмахнулся от этого, будто и не задавал его и произнес уже другим тоном: — Обнимешь дядюшку? — с лукавыми и радушными нотками уточнил Доминик.

— Не в этой жизни, — хмыкнул Ян, впрочем, беззлобно. — Вопрос остался актуальным: что ты натворил и зачем перебил совет?

— Почему чуть что, сразу натворил именно я? — возмутился голос с искренним недоумением.

— Потому что так и есть! В нашем мире ничего из ряда вон не происходит без твоего участия. А теперь ты еще половину совета перебил! — в праведном негодовании ответил Ян, несколько забыв обо мне, и сместился, отчего меня, наконец, заметили.

— Опаньки! — искренне восхитился и хлопнул мужик в ладоши. — Живая! — заметил он очевидное, чему, кажется, сильно изумился. — Стоп… — задумался он. — А почему ты живая? — приблизился опекун Демьяна, на серьезных щах ожидая, что я сейчас отчитываться ему о свое физиологии начну.