Интуиция вопила о том, что он позволяет Горской играть в «главную», ловко маневрируя среди ее выпадов. Он выбирал из ее слов суть, но периодически Маша чувствовала себя первоклашкой-отличницей, которая с выражением рассказывает вызубренный стих перед одобрительно улыбающимся взрослым. Это должно было раздражать. Если бы так себя повел Валера, она бы быстро поставила его на место. А Андрей…

Андрея она ждала. Горская поняла, что тот вычисляет ее по расписанию, и, если между парами образовывался перерыв, сидела на кафедре, боясь его пропустить. Маша говорила себе, что с этим нужно бороться.

И находила повод, чтобы уйти по делам. Но только когда понимала, что он точно не придет. Раньше сексуальный интерес Андрея льстил, теперь — вызывал страх. Маша не знала, как вести себя, если он вдруг решит перейти от разговоров к делу… А еще сильнее она боялась того, что будет потом, после того, как это случится. Если, — не дай бог, конечно! — это всё-таки случится.

Настроение от подобных мыслей упало. Оно бы, может, и поднялось. Если бы не устроенный Валериком в ее квартире «приятный сюрприз». В очередной раз Маша убеждалась, что сюрпризы приятными не бывают.

Запах свежеприготовленной еды аппетит пробудил, однако энтузиазма не вызвал. Вяло отвечая на вопросы, она поковырялась в тарелке, поблагодарила Залесского за вкусный ужин и направилась в ванную. Теплая вода и фруктово-ванильный аромат пены немного успокоили, более того — усыпили. Укутавшись в полотенце, Горская поплелась в спальню. Приторно-сладкие фиазмы ароматизированных свечей в коридоре подсказали ей, что сюрприз еще не закончился.

В спальне обнаженный до пояса Валерик валялся на ее кровати с ее ноутбуком! Мужчина поднял глаза:

— Ну что опять не так?! — возмутился Залесский.

— И что? Мы в детском саду? «Это моя машинка! Мариванна, он взял мою игрушку! Ы-ы-ы-ы.»

— Черт подери, Валера, я же не копаюсь у тебя в телефоне и не лезу в записную книжку!!!

— Так и я не копался у тебя в компьютере. Нужно же мне было чем-то заняться? Тебя целый час не было! — Залесский тоже повысил голос. — У тебя за это время жабры не выросли? — он закрыл объект ссоры, положил на прикроватную тумбу и сложил руки на груди.

— Это, блин, моя ванная! Сколько хочу, сколько и купаюсь!

— «Моё! Моя! Я! Мне!» — Валера вскочил и заходил по комнате, размахивая руками.

 — Для тебя хоть что-то на свете существует, кроме Твоей Светлости?! Я стараюсь сделать тебе приятное…

— Мог бы у меня спросить, хочу ли я это «приятное»!

— Ты бы тоже могла спросить, — хоть иногда, разнообразия ради, — чего хочу я! — Он подошел к висящей на спинке стула рубашке и стал ее натягивать, не попадая в рукава.

— Можно подумать, тебе нужно что-то еще! — не удержалась от укола Маша.