Я должна согласиться пообедать с тобой, чтобы получить… обед?

— А обычно ты обедаешь для того, чтобы получить ужин?!

Маша улыбнулась на реплику, но промолчала.

— Так ты согласна пойти со мной на бизнес-ланч? Ты же еще не рассказала, что думаешь про моих работников.

— Я и тут могу рассказать.

— Я против. Тут есть более интересные занятия. А ты обещала.

— Не важно. Ты согласилась.

— Андрей Александрович, вы решили испортить себе аппетит?

— Рядом с такой красивой девушкой у меня аппетит только растет. И крепнет.

— Тьфу! Я ему про Фому… Ладно, только, чур, потом не жалуйся.

Последняя фраза Маши потревожила червячка сомнения в глубине души Андрея. Но салют, гремевший внутри в честь выигранного сражения, заставил робкое беспозвоночное забиться в уголок.

Как Андрей и ожидал, Горская от «пообедать» упорно пыталась отвертеться. Особенно в варианте «поужинать». На этот счет Маша была в принципе непреклонна: нет, и всё. Вереин начал терять терпение от телефонных переговоров, но идти третий раз напролом поостерегся. Удача любит настойчивых, но не любит наглых. Дважды ему повезло — почему-то Андрей был уверен, что если бы не везенье, не получил бы он Герцогиню тепленькой в свои загребущие руки.

Но нужно и меру знать. Хотя внутри всё зудело от желания приехать по знакомому адресу. Вместе с зубной щеткой, рубашкой и станком. Пеной он, так и быть, той попользуется.

А ведь и времени-то с совместного душа прошло всего два дня.

В тот момент, когда Андрей уже был готов украсть Машу после работы и отвезти к себе — раз человек нормального языка не понимает, — она неожиданно согласилась.

Бизнес-ланч был назначен на субботу.

Вереин сидел за столом и смотрел на улицу.

Нет, Горская не опаздывала — это он приехал раньше. За окном, в витрине напротив, мигали гирлянды. Город охватила предновогодняя лихорадка. Ёлочные игрушки, мишура и мандарины… Когда-то этого было достаточно для праздника. Андрей прислушался к себе: когда он в последний раз испытывал это ощущение?

Давно. В другой жизни. На поле.

Рукоятка столового ножа глухо постукивала в его руках по застеленному скатертью столу. Официант кружил невдалеке, как коршун над цыпленком, но Вереин ограничился стаканом воды и не торопился заказывать. Он в очередной раз глянул на часы.

Осталось пять минут. Конечно, Маша не придет вовремя. Но потом начнется уже другой отсчет. Отсчет времени, когда он имеет все основания ждать.

Хмурое декабрьское небо волочилось тучами по крышам домов, обещая вот-вот прорваться потоком белых хлопьев.

Вереин открыл меню, но оказалось, что это карта вин. Он знал красное и белое. А еще крепленое и не крепленое. Поразглядывав иностранные буковки, закрыл папочку. Он за рулем.

Андрей поднял глаза. И уронил челюсть. Фигурально выражаясь.