— Отвечай, у меня не так много времени, чтобы тратить его на тебя.

— Прости, отец, что разочаровал тебя. Возникли… непредвиденные обстоятельства.

— Под обстоятельствами ты подразумеваешь зеленокожую обезьяну, что раскидала тебя и твоих дружков? Ты сам настолько жалок, что проиграл орку, или мне казнить всех наставников? Вопрос риторический, можешь не отвечать.

— Прости, отец, — как заведенный повторил Элкан, придерживаясь лучшей тактики. Нужно сохранять почтение, если он не хотел занять место рабыни. — Позволь мне исправить свою ошибку и смыть нанесенное оскорбление.

— Если к концу этой недели та девка и обезьяна не будут стоять здесь у тебя на поводке, мне придется подумать над твоим воспитанием, — равнодушно бросил эльф-патриарх. — Свободен.

Подобные ситуации возникали довольно редко, и Эол ощутил неожиданное возбуждение. Следовало воспользоваться им наилучшим образом и сокрушить очередного конкурента. Возможно, он даже даст своей дочери еще один шанс. Несмотря на свою непокорность и испорченность, она успела проявить себя отличной воительницей и магессой, нельзя выбрасывать такой материал.

А если снова попытается сбежать или убить его… что ж, ей всегда найдется место на жертвенном алтаре.

Прокуренный кабинет, давно не видевший солнечного света. Из-за отсутствия свободного места единственное окно безнадежно заставлено коробками. Поручик Григорий Подляков, действительный имперский следователь, устало вздохнул и потушил сигарету. Он с неким сарказмом уставился на сидевшего перед ним хлыща с закрученными усами, который по недосмотру богов стал его новым начальником. Новоиспеченный капитан, присланный прямиком из Москвы, в это время с недоумением осматривал обстановку.

— Почему у вас здесь такой бардак? Вы слышали про цифровизацию?

— Указ за номером семнадцать тридцатилетней давности проходит ежегодную ратификацию у лорда-губернатора. Согласно ему каждое дело обязано иметь как минимум две полные бумажные копии, — с удовольствием ответил Подляков. — Если вы издадите новый указ, с радостью ему последую.

— Но ведь для хранения бумаг существует архив! — не сдавался столичный дурачок.

— Единственный городской архив давно переполнен, они принимают бумаги лишь от губернатора.

Нам же дали ценное указание справляться собственными силами.

— Я разберусь, — неожиданно кивнул москвич и наконец посмотрел на своего нового подчиненного. — Как проходит расследование по Эверету? Докладывайте.

У Подлякова разом заныли все зубы. Вот что он может сказать? Что дворяне фактически неприкасаемы перед городской полицией и все банально наложили в штаны от одной мысли о начале расследование? А теперь уже поздно.