Катя вошла, показала патрульному удостоверение, огляделась: унылая полицейская дыра, даже не верится, что в таком фешенебельном районе полиция ютится, как сироты бездомные, «на двух аршинах и семи вершках».

Но в унылой полицейской дыре в этот поздний вечер кипело и булькало, словно в котелке со щами.

Катя сразу же увидела Гущина в окружении оперативников областного Главка, о чем-то толкующих с местными блюстителями порядка в лице участкового и двух оперов.

В коридоре сидели два каких-то мордоворота. Позже она узнала, что это охранники особняка МИДа на Спиридоновке.

— На дочку Кутайсовых напали прямо у их дома, — сказал Кате взволнованный Гущин.

— На Грету. На младшую. Они с братом были у матери, потом вроде выпили в баре рядом с домом. Когда вышли, на девчонку напали. Удар ножом.

— В больницу сразу повезли. Ей повезло, нож в плечо угодил. А брат ее не сплоховал — сам задержал того, кто напал.

— Его задержали?! Кто это?! — воскликнула Катя. — Кто?! Охранник? Артем Воеводин?!!

Гущин как-то странно глянул на нее — словно растерянно — и повернулся к операм из полицейского участка. Те указали на дверь.

А затем один широко распахнул ее.

Под охраной еще одного оперативника на стуле, закованный в наручники, сидел, отвернувшись к окну, человек.

Катя даже не поняла в первую минуту, что ее так испугало в облике этого существа.

На столе валялась черная шерстяная шапка-шлем и что-то похожее на содранный скальп — рыжие патлы. Катя поняла, что это парик. Рыжие волосы. Ей почудилось, что это подруга Регины Сусанна Папинака, которую она видела в квартире в розовом доме…

Нет, нет, это не Сусанна. Если вспомнить точеную изящную фигурку пятидесятилетней красотки Патриков, то…

Проститутка, похожая на облезлую химеру, восседавшая на спинке скамейки у пруда в своем нелепом парике, напяленном на голову, словно шапка… Проститутка, которую все Патрики знали под именем Лысая Золушка…

— Что это все значит?! — почти жалобно воскликнул толстый полковник Гущин, как восклицают дети, отчаявшиеся решить задачку на доске.

 — Кто это, черт возьми?!!

— Федор Матвеевич, это…

— Это Светлана Лихотина, — сказала потрясенная Катя — она наконец узнала, кто перед ней. — Бывшая консьержка в доме Кутайсовых, а сейчас домработница Сусанны.

Мы с Мамонтовым с ней беседовали.

Светлана Лихотина повернулась к ним.

— Что у вас на голове? Откуда эти шрамы? — спросил Гущин.

Она не отвечала, лишь сверлила их глазами из-под набрякших век.

— За что вы хотели убить Грету Кутайсову? — снова задал вопрос Гущин.

Нет ответа. Молчание.

— Откуда у вас на голове такие шрамы? — Гущин подошел к Лихотиной.

Ее голый, как у лысого мужчины, череп был весь изрыт, изборожден синюшного цвета зажившими рубцами.