Надо только правильно построить беседу.

Вечером собрались за столом. Выглядит сосед не очень, синяки под глазами, не бритый. Обычно следит за собой. От водки я отказался, и он убрал бутылку в шкаф. Поужинав, я заварил нам чайку. Уселся напротив него.

– Степаныч, ты вот мне вчера серьёзно говорил по поводу переезда в другое место.

– Серьёзней не куда, только я не хочу из России уезжать, вот думаю, может лесником согласиться, мне знакомый предлагает. Дом продавать не буду, живи. Возьму Цезаря, ну а что, я не пропаду в лесу. Буду приезжать раз в полгода сюда. Как думаешь – соглашаться?

– Мысль, конечно, интересная. Но я хотел поговорить с тобой о другом. Насколько тебе важна цивилизация рядом. Смог бы ты жить на отшибе, совсем один, зато места просто шикарные. Природа великолепная, чистая, зверья полно и река рядом полна рыбы. Но правда ни электричества, ни воды в кране. Удобства на улице. Зато рядом на сотни километров никого.

– Витька, что-то ты мне какие-то сказки рассказываешь.

– Сказки? А я там частенько бываю, вот росомаший хвост как раз оттуда.

– Ну не знаю, звучит заманчиво, надо съездить посмотреть.

– Степаныч, посмотреть не проблема. Попасть туда трудно, нужно твоё принципиальное согласие. Тогда я буду договариваться посмотреть.

Повисло тяжёлое молчание. Степаныч поднял за чем-то руки, рассматривая ногти с въевшимся металлом.

– А вернуться оттуда можно? У меня же Нина здесь похоронена, навещать нужно.

– Вернуться можно, но не чаще раз в полгода.

– Ну тогда ладно, чего там. Был бы другой, подумал бы. А ты, Виктор, парень правильный. Давай узнавай там про поездку.

Ночью я думал, правильно ли поступил, пригласив соседа в мой проект. Думаю, правильно. Одному нелегко, а случись чего и помочь некому.

Так, что с утра поехал к порталу, проверить имущество и закинуть очередную партию досок и утвари. Через две недели я решил, что можно переходить.

Степаныч договорился с соседкой, чтобы она кормила живность, ну и моих ребят тоже. Я лично заплатил пятихатку за это.

Взяли по лёгкому рюкзачку, Степаныч заарканил своего пса, он будто чувствовал и не хотел идти. Закинул своё ружьё, и мы вышли.

На ту сторону я переходил уже буднично, пройдя сквозь завесу, вдвоём всё перекидали. Я предупредил, что может быть краткосрочная потеря сознания и мы шагнули в портал. Точно, сосед начал заваливаться на меня, Цезарь – трусишка испуганно взвизгнул, когда ружьё упало на него. Ничего, я пристроил напарника поудобней, а сам начал перетаскивать вещи. Цезаря я отпустил побегать, пущай бдит.

Степаныч пришёл в себя через 10 минут. Он с кряхтением поднялся:

– Это, что всегда так торкать по голове будет?

– Да нет, в первый раз. На водички, отдышись.

Напарник автоматически взял у меня фляжку, но до рта не донёс.