Как я уже сказал вчера, думаю, вы выносите из практики в бюро судебной медицины больше многих других интернов патологоанатомии. Одобряю.

— Давайте подождем с одобрениями, пока не станет ясно, к чему все это приведет.

— Пожалуйста, держите меня в курсе дела, — попросил Карл. — Это расследование кажется мне очень захватывающим.

— Да, конечно, — сказала Арья, — но у меня такое чувство, что Вернон Пирс с вами не согласится.

— Почему вы так считаете?

— Если мы найдем отца, это может привлечь к делу всеобщее внимание, — пояснила она. — Особенно если выяснится, что он как-то связан с наркотиками, от которых погибла Кера Якобсен.

— Понимаю, что вы имеете в виду, — вздохнул Карл. — Это правда, но Вернон учился скорее на администратора, чем на врача, и не осознает в полной мере, как наука о ДНК меняет медицину и правоохранительные органы. Однако давайте пока не будем беспокоиться насчет его отношения.

— Уж поверьте, я и не беспокоюсь, — сказала Арья.

Карл протянул руку и быстрым ободряющим жестом сжал ее плечо. Это произошло так неожиданно, что она не успела увернуться, хотя терпеть не могла, когда до нее вот так дотрагивались.

— Продолжайте в том же духе! — воскликнул Карл, даже не догадываясь о ее чувствах. — Хотите все-таки остаться и поговорить с Мэдисон? Правда, я бы очень не рекомендовал.

— Нет, думаю, вернусь сюда завтра, — сообщила Арья.

— Пожалуй, так будет лучше всего. В любом случае остаемся на связи.

С этими словами он отошел туда, где Вернон беседовал с несколькими мужчинами. В отличие от президента медцентра, они выглядели образцовыми полицейскими детективами благодаря своей одежде и поведению, говорившему, что эти люди повидали многое.

Мгновение Арья наблюдала за Карлом, который присоединился к разговору, и подумала, не поспешила ли с выводами. Возможно, завкафедрой вел себя скорее как внимательный отец, какого ей так давно хотелось иметь.

Когда Арья подошла к главному входу в принадлежавшее бюро старое, ветхое здание судебной патологоанатомии, ей пришлось пройти под строительными лесами, хотя было непохоже, чтобы тут что-то ремонтировали или перестраивали. Для Арьи это был любопытный нью-йоркский феномен, который она заметила, поселившись на Манхэттене.

В большинстве районов города ты то и дело набредал на леса, которые стояли тут и там годами, никак не используясь. Похоже, никого не смущало такое положение вещей. Снабженные электрическим освещением конструкции вокруг отеля «Плаза» даже выглядели постоянной инсталляцией, хотя никаких работ там не велось. Арья видела их год за годом, когда по утрам шагала мимо отеля в медицинский центр Лангоуна.